Не будешь, говорит, ни с кем знакомство водить.
Отбивает? Так это же очень хорошо. Для него, Антона, ее бережет. Знает он этих дружильщиков. Дружат, дружат, а потом дети появляются.
– Да не боюсь я их, не боюсь, – стал он ее успокаивать. – Ни тебя, ни себя в обиду не дам. Я ведь уже не мальчик. Знаю, как разговаривать с такими. Пусть только рыпнутся...
* * *– Знаем грабителей, – сказал Антону на следующий день Старик. – Пятеро их, сопляки еще...
– Козлы! – прошипел Понт. – Где их найти?
– Я укажу.
..
– Сегодня же и возьмем. Бычье поганое!.. Пусть Клык присылает бригаду.
– Брать этих ребят лучше всего ночью. Когда они собираются вместе, в подвале одного дома, – посоветовал Старик.
– Тогда в одиннадцать на разборку.
– Ты впрягаешься? – спросил Понт.
– Да, хотелось бы глянуть на этих отморозков...
* * *Разборки разборками, а в семь вечера Антон снова явился на свидание. Снова просидел с Аленой в кафе.
Было около десяти, когда они вошли в ее двор. Он думал проводить ее и двинуть к «Айсбергу».
Оттуда должны выехать три машины с «пехотой». Он успевал.
Антон не заметил, как к нему подобрались сзади, из темноты. А когда услышал подозрительный шорох за спиной, было уже поздно. Голова содрогнулась от страшного удара, он потерял сознание.
Очнулся в каком-то замкнутом пространстве. Осмотрелся. Бетонные стены, трубы теплоизоляции. Подвал, скорее всего. Прямо перед глазами, на свету, какая-то древняя тахта, несколько пустующих кресел.
Руки связаны сзади.
Голова раскалывается от боли. Наверняка приложились к ней какой-нибудь железякой. Пистолет за спиной, конечно, тю-тю...
А на него-то он и надеялся, когда без телохранителей шел провожать Алену. Но просчитался. Недооценил сопляков. Ошибки дорого стоят... Ну, ничего, они, эти ублюдки, еще пожалеют. Не знают, козлы, с кем связались.
Ага, вот и они!
Они вышли из соседнего отсека. Их пятеро, не трое, как вчера. И за собой тащат Алену. Суки, ее бы хоть не трогали!
Самый главный из них, коренастый крепыш с наглым рылом, подошел к нему.
Девушку бросили на тахту.
– Ты, яйцеголовый, очнулся уже? – осклабился он.
Антон промолчал. Негоже ему опускаться до разговора с каким-то полудурком из подвала.
– Тебя ведь предупреждали... Какой же ты непонятливый, пижон?
Все ясно, его принимают за какого-то делягу-коммерсанта. Кровью скоро будут харкать, шелупонь галимая... Вот тогда и узнают, кто он такой.
Антон молчал. Только усмехался.
