А когда я почти отмытая от сценического грима, вышла в зал, то поняла, что вчера было проще, вчера был Гордей, и он разряжал обстановку. Но вместо того, чтобы замотаться и уйти в себя я открыла ежедневник со своей статистикой, развернула приложение с соцсетями и стала вести учёт.
Настя засыпала съёмками, и я что-то особо удачное сохраняла для завтрашних анонсов, что-то сразу удаляла: там, где мне не нравилась либо вырванная из контекста фраза, либо мой внешний вид. А тем временем стрелка часов показала полночь, и я, глубоко вздохнув, вернулась в гостевую.
Нет, сегодня у меня тоже не хватило сил для того, чтобы разобрать спальню, для того, чтобы вытряхнуть все стекло из белья и вообще зайти туда, где наверное, разрушились остатки моей жизни.
Ночью я ощутила, что в горле стало саднить. Это, вероятно, отголоски моих истерик, это вероятно сорванные связки, которые даже сейчас хоть и не болели, но заметно похрипывали, и я очень сильно переживала, что во время съёмки это будет заметно. Поэтому бедные полтора суток, которые у меня были до телевидения я отчаянно пыталась выровнять собственный голос при помощи смягчающих сиропов.
Утро наступило, и, конечно, по ощущениям на меня.
Прям на голову.
Но я, выдержав этот натиск судьбы, отковыряла себя от кровати и дала обещание, что сегодня я точно никуда не выберусь из дома и буду весь день заниматься теплицей.
От Альберта по-прежнему не было никакого ответа на письмо. Я подозревала, что как только Пётр Викторович оформит исковое и подаст его в суд, Альберт тут же объявится, потому что ему придёт уведомление на Госуслуги о назначенном судебном заседании, и пока что мне оставалось радоваться затишью, но как-то мне не тихо было.
Разбирая утреннюю почту в мессенджерах, я наткнулась на незнакомую аватарку.
« Цветы понравились?»
Всего два слова, но в них было немножко больше смысла, чем принято считать, Человек не просто сделал галочку, пометку, что он поступил правильно, отправил цветы женщине, человеку было интересно, понравились ли цветы.
Я, почему-то поддавшись какой-то глупой легкомысленной ноте, быстро набила ответ.
«Нет той женщины, которой не нравятся розы».
«Тогда гладиолусы не отправлять?»"
"Прилетело мне следом.
Я скосила глаза на сообщение и вздохнула, не считая нужным отвечать, но почему-то, проходив час по дому, позавтракав, переодевшись в рабочий комбез, я не выдержала и все-таки ответила.
«Сейчас не сезон гладиолусов, они будут из Голландии и абсолютно без запаха».
