Все ради тебя (СИ)

— От какой правды я, по-твоему, убегаю? — шепчу, и он поднимает глаза.

В них столько всего намешано: вина, боль, сожаления…любовь. Огромное желание все исправить, вернуть. Перестать чувствовать эту ужасную боль, которая режет нас обоих изнутри…

Но как вернуть? Я тоже спрашиваю его. Не голосом, конечно — он снова не ответит…глазами. Душой.

Как вернуть, Адам? Ты ведь даже не пытаешься…

— Мы любим друг друга, — шепчет наконец в ответ, слегка касаясь губами моих, — Мы скучаем друг без друга. Нам обоим плохо. И ты ведь тоже дышать не можешь, Лиза…я знаю.

— Ты не хочешь слышать? Хорошо. Я докажу тебе по-другому. Только не сопротивляйся. Не пытайся слушать память, разум, слушай меня иначе: телом. Если ты отключишься, ты все поймешь. Как ночью понимала.

— Пожалуйста, Лиза. Выслушай меня…прошу…

Блядь, как же я тебя ненавижу…

Мне так хочется стать вдруг Снежной королевой. Знаете, чтобы не чувствовать ничего? Чтобы переть не оглядываясь. Чтобы не поддаваться…А по итогу что? Я — Герда. Та глупая девчонка, которая бежала за бессердечным мальчиком по льду босая.

Забавно, что когда-то Катя получила эту роль в нашем детском спектакле, потому что по итогу Гердой стала не она, а я. Ведь все, что я делаю — это пытаюсь его спасти. Снова и снова. Тринадцать долгих месяцев, миллион попыток разобраться, найти ответы, заставить его слышать меня! Понять…

А он? Он — Кай. Мальчик, который насмехается над глупостью своей маленькой, наивной тени. Она себе пятки в кровь, лед под кожу, он все дальше-дальше-дальше…Она за ним в снега и бури, а он…он просто не хочет быть спасенным.

Одинокая слеза-льдинка вырывается из моих глаз и царапает кожу, пробираясь по виску к волосам, где обязательно затеряется, как миллионы других таких же льдинок. Одиноких, горьких…

Но на этот раз что-то меняется…

Адам тихо вздыхает и подхватывает ее губами, медленно ведет ими по моей щеке, обнимает крепче, будто старается согреть от моего одиночества. Слегка задевает нос своим. Он хочет поцеловать меня, но я резко отвожу голову в сторону, и он тихо смеется.

— Плевал я как ты выглядишь… — хрипло шепчет, — Мне так насрать было…Потолстеешь? Худой будешь? Похеру. Я люблю твою непокорную, дикую душу, Рассвет. С ней любая ты — моя любимая.

До боли сжимаю кулаки, чтобы немного отрезветь, а в этот момент Адам поворачивает мою голову обратно и снова наступает.

— Я всегда тебя хотел. Тогда, сейчас — неважно. И никто с тобой не сравнится, Лиза. Ни одна модель, даже мировая — никто.