Все радости - завтра

Однако Адам понимал, какое оскорбление скрыто в этом невинном на первый взгляд вопросе, но прежде чем он успел что-либо ответить, Скай ласково сказала:

— Герцогиня, неужели вам так давно не удавалось заманить кого-либо в свою постель, что вы забыли, как это случается? Мне кажется, такие вещи не обсуждаются вслух публично, но уж если вам так хочется узнать это, могу вас просветить частным образом.

Вокруг стоял хохот — Скай не знала, что попала в самую точку, так как Атенаис, которой исполнилось сорок, все труднее находила новых любовников, и при дворе поговаривали о том, что она приплачивает молодым людям за то, чтобы они удовлетворяли ее желания.

Герцогиня в ярости сжала зубы.

— Вы, мадам, — злобно прошипела она, — видимо, не посвящены, но знайте же, что моя помолвка с вашим мужем была разорвана двадцать лет назад по причине его неспособности сделать женщине ребенка.

По рядам гостей пробежал шепоток удивления, и наступила полная тишина — все вслушивались в разговор.

— Не понимаю, герцогиня, — ответила Скай, проводя рукой по округлости своего живота, прикрытого красным бархатом, — откуда вы это взяли.

Повисло зловещее молчание, голубые глаза Скай вперились в зеленые Атенаис. Герцогиня упрямо продолжала:

— Я знаю только то, что мне в свое время сказал сам Адам, мадам.

— Ба! — вдруг вмешалась в разговор графиня де Шер, приходя на помощь сыну. — Слава Богу, что вы отвергли моего сына в погоне за герцогом де Бевроном, Атенаис! Вся округа знает, как ваш папаша обменял вашу невинность на герцогский титул, так что зря вы плетете тут насчет моего сына. Просто вам неприятно, что он снова отказал вам недавно, когда вы пытались вернуть его расположение, потому что любит мою невестку Скай! Весь двор помнит, как вы упрашивали вмешаться королеву Екатерину, и Адам говорил с вами только по ее высочайшей просьбе!

Атенаис задохнулась от ненависти и побагровела от ярости.

— Как вы смеете? — завопила она. — Как вы смеете так оскорблять меня? Я пожалуюсь королеве, графиня! И больше ноги моей не будет в этом жалком провинциальном обществе! Напрасно мы с сыном пытались добавить блеска этому скучному собранию! Идем, Рено! — И, шелестя своим расшитым золотом бархатным платьем, она понеслась к выходу.