Да и на своё спонтанное расследование и выяснение подноготной всех присутствующих много сил потратила, которые теперь нужно восстановить.
Иногда я чувствую на себе внимательные взгляды, но сознательно не обращаю на это внимания. Даже на то, что чаще всех остальных на меня смотрит Янгмар.
− Ян, это правда, что ты заключил под стражу Хорлика? — первой нарушает затянувшееся молчание, как ни странно, Маргрета.
− Да, − спокойно отвечает ярг.
− Он что-то натворил во время вашей поездки? — продолжает допытываться жрица.
Грим Фергон, сидящий напротив неё, громко хмыкает.
Видимо, вспомнив, что именно натворил этот самый Хорлик.
− Мягко говоря, − криво усмехается Янгмар. — Если думаешь ходатайствовать о нём, не советую. Я не изменю своё решение. Он останется под стражей до самого суда."
"− Ко мне обратился твой дядя, − признаётся Маргрета. — Он написал, что добился от Совета ускоренного рассмотрения этого дела и суд будет уже послезавтра. Меня попросили присутствовать, как верховную жрицу Праматери. Ты же знаешь, что я не могу отказать.
− Знаю, − шумно выдохнув, Янгмар сжимает в кулаках вилку и нож. — Ты вольна поступать так, как считаешь правильным, жрица.
Мне почему-то кажется, что такое обращение Маргрете неприятно. Но я не рискую опустить щиты, чтобы убедиться в своей правоте.
− Так что он сделал всё-таки? — интересуется она подчёркнуто ровным тоном.
− Узнаешь на суде, − отрезает колдун. — Сейчас не хочу о нём говорить.
И снова за столом повисает неловкое молчание. Маргрета, явно задетая ответом Янгмара, больше ничего не спрашивает.
Остальные тоже молчат некоторое время. Лишь Грим о чём-то тихо расспрашивает дочь кастеляна. Но та явно не горит желанием с ним общаться, ограничиваясь односложными ответами.
− А это правда, что в Босварии все женщины прячут лица и не смеют шага ступить без разрешения мужчины? — громко интересуется Астрид, обращая свой взгляд на Янгмара и адресуя вопрос именно ему.
Интересно, он видит, с каким восторгом и почти обожанием пялится на него эта девица? Ему это льстит? Потому что меня вот слегка раздражает.
Почему-то. Опять дурацкие собственнические инстинкты.
− Так было, − кивает колдун. — Но сейчас в Босварии всё постепенно меняется, благодаря новому королю и его королеве.
− А она действительно боевой маг? — голубые глаза белокурой куколки становятся, кажется, ещё больше.
Я замечаю, как Рагна под столом дёргает дочь за рукав, пытаясь осадить, но девчонка обиженно отмахивается.
− Мам, ну я же слышала. Так все говорят.
