Все сложно

Давай так: я прямо сейчас поднимаю тебя в отделение патологии, ты звонишь счастливому папаше, он привозит тебе всё необходимое и…

— Нет никакого счастливого папаши. Это ошибка. Одна большая ошибка. Простите… — я хватаю свои вещи и начинаю торопливо одеваться. Осознаю ли я до конца, что делаю? Наверное, да.

— Ты не понимаешь. Выкидыш может случиться в любой момент!

— А может, я только этого и хочу?! — ору, нелепо застыв с одной ногой, вдетой в брючину.

— В таком случае я бы рекомендовала прервать беременность.

Но и это лучше сделать под наблюдением.

Слова Елены Васильевны для меня как холодный душ. Прервать беременность… Это ведь что-то немыслимое. Такой вариант я не рассматривала даже в восемнадцать. А теперь, спустя двадцать лет, он кажется единственно верным. Боже мой!

— Н-не могу. У Котьки завтра операция, я н-не могу. Может быть, потом.

— Саша, у тебя есть человек, который за тобой приглядит? С кем ты сюда приехала?

— С Победным, — отмахиваюсь. — И не волнуйтесь, доктор.

Я одна не останусь.

Вру! Вру безбожно. Потому что я одна уже очень и очень давно.

— Если кровотечение усилится — обязательно обращайся в больницу! Звони мне, если понадобится, в любой момент.

Я хладнокровно киваю. Подхватываю сумочку и ухожу. Борис вышагивает туда-сюда по коридору, вдоль стены, завешенной информационными стендами.

— Ну, что сказал доктор?

— Что всё нормально.

С губ Победного срывается вздох неприкрытого облегчения.

— Тогда что с тобой? Как она это объясняет?

Я, хоть убейте, не могу об этом говорить.

Желая поскорей покончить с неприятным разговором, я выдумываю то, что ни один мужчина в здравом уме не захотел бы обсуждать.

— Она это объясняет ранним климаксом.

— Чего? — как я и ожидала, Победный растерянно хлопает ресницами.

— Раним климаксом. Так ты отвезёшь меня? Или мне вызвать такси?

— У тебя климакс? Тебе же тридцать девять!

В его голосе звучит неприкрытое обвинение. И от этого мои онемевшие губы растягиваются в улыбку.

Кажется, ещё чуть-чуть — они лопнут от натуги, и брызнет кровь.

— Ну, тридцать девять — это всё-таки не девятнадцать, как твоим подружкам.

— Господи! Ты ещё долго будешь мне это вспоминать?!

— Ты прав. Глупо это. И вообще не имеет значения. Так ты отвезёшь меня? Я хотела собрать кое-какие вещи. Ну, знаешь, на случай, если мне придётся остаться с Котькой подольше.

Не дожидаясь ответа, я обхожу Победного по дуге.