Все сложно

Я понимаю, что пячусь, когда натыкаюсь спиной на стену. Олег нависает надо мной. Его колотит. Взгляд — дикий, как у загнанного зверя.

— Я справлюсь… Это просто слабость. Она пройдет.

Он утыкается мне в шею и… Нет, не плачет. Мужчины ж не плачут, так? Он просто стоит, только его грудная клетка вздымается. И слышатся надсадные вдохи. Которые он пытается заглушить, касаясь широко открытым ртом моей кожи. А потом в полутемном коридоре возникает фигура Победного.

— Хм… У вас тут все в порядке?

Тридцать девять! Когда они прошли? В окно льётся щебет птиц и уже невыносимо жаркое, несмотря на раннее утро, солнце.

В нем я, тридцатидевятилетняя. Улыбаюсь, глядя на себя в зеркало. Кручу головой, выискивая, изменилось ли что за ту ночь, когда я разменяла еще один год. На первый взгляд я все та же. На лице и груди — бисеринки пота. Кожа влажная от испарины — со вчерашнего дня барахлит система кондиционирования, а я только-только отмотала положенные километры на беговой дорожке. Оборачиваюсь. Со спины — все тоже очень даже ничего. Нет, ну, какие тридцать девять, ей богу?! Нам столько, насколько мы себя чувствуем. А чувствую я себя прекрасно. Жизнь вообще прекрасна. Все прекрасно! И станет только лучше, после прохладного душа.

Домашние еще спят. Не знаю, как у меня, стопроцентного жаворонка, уродились такие совы. Но в том, что я встаю раньше всех, есть свои безусловные плюсы. Появляется чуть больше времени на то, чтобы побыть наедине с собой. Видит бог, мне его очень сильно недостает. Хотя с тех пор, как у Котьки начался небольшой перерыв в лечении, стало немного полегче.

Пританцовывая под громыхающий в наушниках Muse, иду к ванной. Толкаю дверь и… Ч-черт! Черт! Черт…

Олег стоит под душем, упираясь левой рукой в стену, а правой — с остервенением себе отдрачивает. Я моргаю. Картинка происходящего, выжженная на обратной стороне век, парализует. Знаете, как бывает во сне. Ты просыпаешься, как от испуга, хочешь закричать, но не можешь. Ни кричать, ни даже просто пошевелиться. Вот я и не могу. Как зачарованная, наблюдаю за его дергающимся туда-сюда кулаком.

За тем, как стекает вода по его бронзовой коже. Как напряжены мышцы задницы, как он весь напряжен. И неудержим на пути к своему удовольствию. Которое вот-вот… Уже вот-вот случится. Это доли секунд. Секунды. Мне же кажется, я стою здесь тысячи лет. Я, наконец, каким-то чудом подчиняю контролю мозга координацию своего тела. Делаю шаг назад, случайно задеваю неубранную со вчера швабру. Та с грохотом падает на пол.