Все только хорошее

 — Как жаль, что этого не случилось. Как жаль, что она умерла. И как печально, что Марк погиб. Но это произошло, и никуда от этого не денешься. А Верни и Меган придется жить дальше.

— Во время приема мне часто доводится видеть не слишком молодых матерей. По-моему, они очень храбрые женщины. Мне нравится, что они все сделали вовремя, успели погулять, насладиться свободой, как следует поработать. Порой мне кажется, что и детям с ними лучше, чем с молодыми родителями.

— Ну так что же? — Он улыбнулся, поймав себя на том, что ведет себя как Руфь.

 — Заведите ребеночка. Она от души расхохоталась в ответ:

— Я передам своим родителям, что получила у вас авторитетный совет.

— Скажите им, что я вам разрешил.

— Непременно. — Они тепло посмотрели друг на друга, а затем Меган откинулась на спинку стула, прислушиваясь к звукам рояля.

— А что они за люди? — С самого начала он почувствовал, что Меган интересна ему и хочется узнать о ней как можно больше. Он успел выяснить, что она мучается, раздумывая, не завести ли ей ребенка, что она училась в Рэдклиффе и Стэнфорде, что ее жених погиб во Вьетнаме, что она родом из Бостона, а живет в долине Напа, но этим все его познания ограничивались.

А кроме того, он понимал, что Меган замечательная женщина, которая нравится ему. Очень. Может быть, даже слишком сильно, но ему не хотелось признаваться в этом даже самому себе.

— Мои родители? — Вопрос Берни удивил ее. Он кивнул и услышал в ответ:

— Пожалуй, очень славные. Отец почти все время проводит на работе, а мама души в нем не чает.

Мой брат считает их обоих сумасшедшими. По его словам, его не прельщает необходимость проводить чуть ли не каждую ночь в больнице, помогая женщинам при родах, и к тому же он хочет разбогатеть, а потому пошел в психиатры. Но, на мой взгляд, он серьезно относится к своему делу. — Она задумалась и с улыбкой добавила:

— Хотя его вряд ли можно назвать серьезным человеком. Кто у нас сумасшедший, так это мой брат. У него светлые волосы, он крохотного роста и как две капли воды похож на маму.

 — Берни нашел забавным такое описание.

— А вы похожи на отца?

— Ну да. — Но она явно не жалела об этом. — Брат называет меня великаншей. А я его карликом. В детстве мы без конца дрались из-за этого. — Берни засмеялся, живо представив себе картину их отношений. — Мы выросли в Бикон-Хилле, в просторном доме, принадлежавшем моему деду, и некоторые из моих родственников по материнской линии принадлежат чуть ли не к сливкам общества.