Все только начинается

Там все оставалось, как при жизни Павлика.

Иногда Аня порывалась убрать вещи в коробки, а потом думала: а зачем? У бывшего мужа новая семья, он так и не смог пережить гибель Павла, по-прежнему винил в ней Анну. Вот она и оставила все, как было: диски, боксерскую грушу в углу, одежду в шкафу, книги.

Незримое присутствие сына иногда ранило ее, но чаще успокаивало.

Вот и сейчас Аня села за стол Павлика, коснулась экрана монитора, который она так ни разу и не включала с того рокового дня, выдвинула ящик стола.

Запись обрывалась.

Именно тогда, наверное, Анна попросила сына начать сборы, собираясь отвезти его в спортивный лагерь.

На теле Пашки не было найдено никаких незнакомых предметов. Анна до сих пор гадала, о чем сын писал в своем дневнике. Запись была обведена текстовыделителем, значит, Павел считал ее важной.

Он действительно казался взволнованным в тот день. Пытался о чем-то рассказать. Но Аня была сосредоточена на скользкой после дождя трассе. Не помогло…

Анна закрыла дневник и прилегла на Пашкину кровать.

От усталости решила: переночует в комнате сына, может, он ей опять приснится, восторженный двенадцатилетний мальчишка с пшеничными вихрами.

Аня повернулась к стене и заметила то, на что раньше не обращала внимания: кожаный офицерский планшет времен войны (личная находка Пашки в лагере поисковиков) был слегка приоткрыт. Анна хорошо помнила, что закрывала его, чтобы вовнутрь не попадала пыль. Но заглядывала ли она под клапан?

В планшете лежала медная фибула – обычный сувенир для туристов, увлекающихся греческим периодом в истории побережья.

Красивым в поделке был только камешек, похожий на кусочек янтаря, но скорее всего пластиковый.

Анна повертела застежку в руке. Это о ней писал Пашка?

Впрочем, сын всегда был выдумщиком. В девять придумал себе сказочное королевство с драконами и нагами. Малышня во дворе потом лето напролет бегала по кустам с картонными мечами. В одиннадцать начал переписываться по интернету с уфологами. Харизмы у Пашки было хоть отбавляй, он мог увлечь любого и со всеми находил общий язык.

… Пробуждение было… странным. Боль сковала тело. Болел живот, спазмы отдавали в копчик. Бедра почему-то овевало холодом.

Анна открыла глаза и застонала. Приподнялась и посмотрела на живот. Пузырь со льдом? Что случилось? Она заболела? Соседи вызвали скорую? Что с ней? Кровотечение?

– Тише, тише, – ласково произнес кто-то над ухом. Чьи-то руки опустили Анну на подушки. – Лежите спокойно, мистресс. Вам пока нельзя вставать.