Все только начинается

 – С кем мой сын?

С юной, немного болтливой, но старательной второй служанкой Анна тоже успела познакомиться. Уходя, акушерка успела проинструктировать Мариссу, но девушка была слишком молода. Аня забеспокоилась.

– Малыш спит, – подсказала Гельда.

Аня расслабилась и кивнула.

– Вот… дерьмо, – пробормотала она, прикасаясь к губам. – Тварь, а не мужик.

Служанка напряженно молчала. Кажется, ее немного шокировала обновленная лексика хозяйки. Она протянула Анне носовой платок с анаграммой – переплетенными буквами А и Т.

Оказалось, что вместе с памятью Анны пришли и другие знания.

– Гельда, – сказала Аня. – Мы ведь с тобой никогда особо не ладили, да?

Это было чистой догадкой. При виде старшей горничной у внутренней Анны появлялось чувство страха и неловкости. Опять этот страх. Словно каждая клеточка молодой женщины была им пропитана.

Служанка поджала губы. А плевать, пусть обижается. У прежней Анны многое было завязано на памяти и детских стрессах, у нынешней таких ограничений нет.

Впрочем, перед глазами замелькали воспоминания.

… Анна приезжает домой за три дня до свадьбы, собираясь сообщить, что не хочет выходить за господина Эйфреда.

Он старше ее, он ее пугает и смущает. Водит по столичным ресторанам, в оперу, прилюдно дарит украшения, потом забирает их и кладет в сейф, повторяя, что Анна будет носить жемчуга и изумруды после свадьбы. Постоянно напоминает, что Анне уже двадцать два, часики тикают, и пора плодиться и размножаться.

Анна застает дома счастливую семью. Электрическая компания подключила свет, отключенный за долги.

Гельда вернулась на должность экономки и тоже выглядит довольной. У мамы новое платье, модная прическа и нитка жемчуга на шее. Отец с жадностью поглощает запеченную телятину, только брат мрачен. Анна садится за стол, улыбается и … молчит…

– Н-да, – протянула Анна, вытирая кровь платком. – Они были очень бедные. Даже садовник у них был очень бедный. И служанка тоже была бедная-бедная…

– Я много лет работала у ваших родителей экономкой, – обиженно напомнила Гельда, явно уловив суть истории.

 – А потом ушла с вами в новую семью.

– И тоже радовалась, что я удачно устроила свою судьбу, да?

Гельда отвела взгляд. Аня вздохнула и поднялась с пола:

– Мне нужно позавтракать.

В глазах экономки мелькнуло облегчение:

– Подам вам зеленый чай с молоком и сэндвичи.

С трудом поев (челюсть болела), Аня поднялась к себе. Малыш проснулся и требовал еды и ласки.

– Не бойся, ничего не бойся, – шептала ему Анна.