Он даже не подозревал, что так может быть.
– О Боже, – выдохнула Гиацинта, когда он скатился с нее на спину.
Говорить он не мог – просто взял ее руку в свою. Ему все еще было нужно к ней прикасаться.
– Я не знала, – сказала она.
– Я тоже, – с трудом выговорил он.
– Это всегда?..
Он сжал ее руку, и когда она повернулась к нему, покачал головой.
– О! – Потом, помолчав, она сказала: – Значит, хорошо, что мы собираемся пожениться.
Гарет затрясся от смеха.
– В чем дело? – потребовала она.
Но он все еще не мог говорить – просто лежал, и под ним тряслась кровать.
– Что такого смешного?"
"Он перекатился, снова оказавшись сверху, нос к носу с ней.
– Ты.
Она начала было хмуриться, но потом улыбнулась. Боже мой, какое удовольствие будет быть женатым на этой женщине!
– Я думаю, нам придется перенести дату свадьбы на более ранний срок.
– Я готов бежать с тобой в Шотландию[4] хоть завтра. – Он не шутил.
– Я не могу, – сказала она, но он видел, что Гиацинта почти согласна.
– Это будет такое замечательное приключение!
– Я поговорю с мамой, – пообещала она.
– Если я буду достаточно надоедливой, я уверена, что она согласится сократить срок вдвое.
– Позволь спросить как твоему будущему мужу, стоит ли мне задуматься над твоим выражением: «Если я буду достаточно надоедливой».
– Нет, при условии, что ты будешь соглашаться со всеми моими желаниями.
– Эта фраза беспокоит меня еще больше, – пробормотал он.
Но она лишь улыбнулась. И вдруг, когда он уже окончательно пришел в себя, она с тихим возгласом выскользнула из-под него.
– Что такое? – приглушенным голосом, потому что упал лицом в подушку, спросил Гарет.
– Бриллианты. – Она прикрыла грудь простыней. – Я совершенно о них забыла. Господи, который час? Нам надо срочно идти.
– А ты в состоянии двинуться с места?
– А ты разве не можешь?
– Если бы мне не надо было освободить эту кровать до наступления утра, я с удовольствием поспал бы до полудня.
– А как же бриллианты? Как же наши планы?
– Мы можем пойти завтра. – Он закрыл глаза.
– Нет, не можем.
– Почему?
– Потому что у меня уже есть планы на завтра, и если я вдруг стану жаловаться на головную боль, это вызовет у мамы подозрения. Кроме того, ведь мы решили пойти именно сегодня.
Он открыл один глаз.
– Разве нас там кто-то ждет?
– Ну хорошо. Но я пойду. – Откинув простыню, она встала.
Когда Гарет увидел ее обнаженную фигуру, у него тут же открылся второй глаз. Она покраснела от его чисто мужской улыбки и пролепетала:
– Я... мне...
