Почему, она не знала. Может быть, боялась признаться первой. Она, которая ничего на свете не боялась, не могла, даже собрав все свое мужество, произнести эти три слова.
Она решила переменить тему.
– Но я все еще хочу найти бриллианты.
– Почему ты не хочешь оставить все, как есть? – простонал он.
– Потому что... Потому что не могу. Я совершенно определенно не хочу, чтобы они достались твоему отцу. Особенно теперь. Я должна называть его отцом?
– Я все еще его так называю. Сила привычки. Она немного помолчала, но потом сказала:
– Мне все равно, была Изабелла твоей бабушкой или нет.
Ты заслужил этот браслет.
– Это почему же?
– Заслуживаешь, и все тут. Кому-то же он должен достаться, и я не хочу, чтобы он достался ему. Потому что... – Она опять глянула на рисунок. – Потому что он великолепен.
– А нельзя подождать, пока мы не найдем переводчика со словенского?
– А что, если это не словенский?
– Я думал, ты сказала, что это именно этот язык, – в отчаянии сказал Гарет.
– Мой брат думает, что это словенский.
Ты знаешь, сколько языков в Центральной Европе?
Гарет тихо ругнулся.
– Вот именно.
– Я не потому ругнулся.
– А почему?
– Потому что ты сведешь меня в могилу. Гиацинта улыбнулась. Ткнув его указательным пальцем в грудь, она сказала:
– Теперь ты знаешь, почему моя семья мечтает сбыть меня с рук.
– Знаю, да поможет мне Бог.
– Мы можем пойти завтра?
– Нет.
– Послезавтра? – Нет!
– Ну пожалуйста.
Он схватил ее за плечи и повернул так, что она оказалась лицом к двери.
– Я отвезу тебя домой.
Она попыталась говорить через плечо.
– Пож...
– Нет!
Гиацинта, шаркая, направилась к двери, позволив ему подталкивать себя. Уже взявшись за ручку двери, она обернулась в последний раз и открыла рот…
– Нет!
– Я не…
– Хорошо. – Он поднял вверх руки. – Ты победила. Сдаюсь.
– О, спа...
– Но ты со мной не пойдешь.
Гиацинта так и осталась стоять с открытым ртом.
– Я пойду один, без тебя, – решительно заявил он.– Она пристально смотрела на него, но это не произвело на Гарета никакого впечатления.
Он выдержал ее взгляд и твердо сказал: – Нет.
Больше она не стала предпринимать попыток уговорить его. Вздохнув, Гиацинта заявила:
– Полагаю, что, если бы я могла с легкостью победить тебя, я бы решила, что ты не стоишь того, чтобы я вышла за тебя замуж.
Он только весело рассмеялся.
– Ты будешь замечательно женой, Гиацинта Бриджертон, – сказал он, выпроваживая ее из комнаты.
– Хм.
– Если только ты, не дай Бог, не превратишься в мою бабушку.
