– Я перевела всего немногим более половины, – призналась Гиацинта. – Я гораздо больше забыла итальянский, чем думала. Я не предполагала, что столкнусь с такими трудностями.
– Она была прелестной женщиной.
– Вы были с ней знакомы? – удивилась Гиацинта. – С Изабеллой?
– Конечно, ее сын женился на моей дочери.
– Ах да! – Раньше ей почему-то это в голову не приходило. Интересно, известно ли леди Данбери что-нибудь об обстоятельствах появления на свет Гарета? Гарет уверял, что она ничего не знает. По крайней мере с Гиацинтой она никогда об этом не говорила.
Возможно, каждый из них молчал, предполагая, что другой ничего не знает.
Гиацинта хотела было спросить, но потом передумала. Какое она имеет право спрашивать? Все же...
Гиацинта стиснула зубы, словно боялась, что у нее вырвется вопрос. Она не может выдать секрет Гарета. Ни в коем случае.
– Ты съела что-то кислое? – леди Данбери. Деликатностью она никогда не отличалась. – Ты выглядишь больной.
– Я совершенно здорова, – притворно улыбнулась Гиацинта.
– Просто я думала о дневнике. Я его взяла с собой, чтобы читать, пока еду в карете.
С того момента, как Гарет раскрыл ей свой секрет, она неутомимо работала над переводом. Вряд ли им удастся узнать, кто был его отец, но дневник Изабеллы был тем звеном, с которого можно было начать искать правду.
– Вот как? – Леди Данбери откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. – Почитай мне что-нибудь из дневника вместо этой дурацкой книги.
– Вы же не понимаете итальянский.
– Да, но это такой красивый язык, такой мелодичный и плавный. А мне надо немного поспать.
– Вы уверены? – Гиацинта достала дневник.
– Что мне надо поспать? Да, к сожалению. Это началось два года назад, и с тех пор я не могу существовать, не поспав хотя бы один раз днем.
– Нет, я говорила о дневнике. Если вы хотите уснуть, наверное, есть другие способы, нежели чтение на итальянском языке.
– Послушай, Гиацинта, ты предлагаешь спеть мне колыбельную? – хихикнула леди Данбери.
– Вы как малое дитя!
– Все мы дети.
Гиацинта раскрыла дневник. Она остановилась на весне 1793 года, за четыре месяца до рождения Гарета. Согласно тому, что ей удалось прочитать по дороге к леди Данбери, мать Гарета была беременна – по предположению Гиацинты – старшим братом Гарета Джорджем. До этого у нее было два выкидыша, что не улучшило ее отношений с мужем.
Но больше всего заинтересовало Гиацинту то, что Изабелла разочаровалась в своем сыне.
