Все в шоколаде

Стеная и охая, я достала из аптечки йод и принялась прижигать свои раны, при этом едва не лишившись чувств.

Замок на двери моей ванной отсутствует, так как живу я одна, и появление Лукьянова не стало для меня неожиданностью. Он вошел, понаблюдал за тем, как я, сидя на краешке ванной, справляюсь с обязанностями медицинской сестры, снял костюм, рубашку, повесил все на плечики, натянул мой купальный халат, в котором выглядел довольно забавно, и подошел ко мне.

– Встань, – сказал он хмуро.

– Отвали, – ответила я, но, так как он уцепился за мое плечо, сочла за благо подняться.

Он не спеша ощупал мои ребра, осмотрел руки, ноги, спину, и все это с таким видом, точно вертел в руках болванку или, на худой конец, куклу.

– Одно ребро мне не нравится, – изрек он, – и на плечо стоило бы наложить шов.

– Ага, – вяло откликнулась я.

– Льняное полотенце есть?

– Наверное.

– Где посмотреть?

– Вот в этом шкафу.

Полотенце он нашел, обмотал им мои многострадальные ребра и затянул потуже. Я зажмурилась и задышала медленнее, боясь, что хлопнусь в обморок.

– С физиономией ничего не сделаешь. Не горюй, ссадину на лбу прикроешь челкой, а синяки скоро пройдут.

– Спасибо, док.

– Пожалуйста, – кивнул он.

Я влезла в пижаму, и мы покинули ванную.

– Устраивайся наверху, – предложила я, – там спальная.

– А где спишь ты?

– В гостиной.

– Не переусердствуй. Алкоголь очень быстро разрушает женский организм.

Я сделала ручкой и побрела к кушетке. Мне было над чем подумать, но сил на это не осталось. Я послала весь мир к черту и закрыла глаза, а когда вновь открыла их, решила, что сильно поторопилась с этим. Чувствовала я себя прескверно, все тело ныло, подступала тошнота. Я некоторое время разглядывала потолок, а потом вновь закрыла глаза, решив, что в это утро человечество как-нибудь обойдется без меня.

Однако очень скоро мне вновь пришлось открыть их, на этот раз потому, что Лукьянов стоял рядом и тряс меня за плечо.

– Эй, – позвал он, – у тебя гости. Так как предполагается, что я умер, встречать их придется тебе.

– Приличные люди прежде звонят.

– Он звонил четыре раза, поэтому лучше будет, если ты откроешь дверь.

Я с трудом встала и спустилась вниз, гадая, кого это черт принес.