Все в шоколаде

Я сам не видел, только слышал, как папаша орет, что Гарик ему не сын и все такое. Покричал малость, а потом испугался, а второй дядька из охраны вдруг говорит: “Константин Сергеевич, он умер”. В общем, тут такое началось… Папаша вроде чувств лишился, потом кричит:

""Гошка, сынок!” – и плачет. Ей-богу, плакал. Они Гарика на диван положили, и отец все возле него крутился, кричал: “Вызови “Скорую”, а охранник: “Никакая “Скорая” не поможет” – и все талдычил: “Вы о себе должны подумать”. В общем, охранник его уговорил.

Когда они уехали, мы тихо смылись, и я сказал Мальвине, что нам надо договориться об алиби.

– О чем? – подала я голос, решив, что ослышалась.

– Об алиби, – начал злиться Ромка. – Дураку ясно, они подумают-подумают и что-нибудь придумают. А что придумаешь, само собой: дружки плохие. Так оно и вышло, – вздохнув, заметил он. – Вот я и решил, что нам нужно алиби. Мальвина скажет, что я был с ней, а я – что она со мной, понимаете?

– Понимаю, – кивнула я.

– И Гарика в ту ночь мы не видели.

А если его отец по-честному скажет, как все было, то мы, конечно, подтвердим, что убивать Гарика он не хотел. Только я очень сомневался, что будет по-честному, вот и подумал насчет алиби. А Мальвина здорово разозлилась, сказала, что я дурак, что мы на этом можем заработать деньги, если папаша не пойдет сдаваться в милицию. Я ей сказал, что это она дура, никаких денег мы не получим, а неприятности наживем. Может, и похуже… Мы разругались, и она убежала. Дальше вы знаете, – сказал он, разглядывая свои ноги.  – Когда я понял, что нас с Мальвиной ищут, то сообразил: так и есть, хотят повесить на нас убийство. У дядьки деньги большие, я же знаю. А у Мальвины что? Предки только рады будут избавиться от нее. Еще я очень боялся, что она в самом деле.., ну…

– Попробует шантажировать Нефедова? – подсказала я.

– Угу, – кивнул он угрюмо. – Я испугался и позвонил отцу. Вы же с самого начала знали, что он мой отец?

– В общем, да, – не стала я вдаваться в детали.

Я разглядывала его, пытаясь решить, как сказать ему о Мальвине.

Что бы я почувствовала на его месте, если бы ко мне пришла неизвестная тетя и сообщила, что человека, которого я люблю, убили? Я поморщилась. Ромка оказался наблюдательным парнем, он посмотрел на меня и спросил:

– Ее нашли?

– Нашли, – кивнула я. Он таращил глаза и боялся спросить главное, а мне ох как не хотелось отвечать. – Тебе лет сколько? – посуровела я.

– Скоро восемнадцать.

– Выходит, уже взрослый. Ну так вот.