Все в шоколаде

, это там, да? Нашли? Значит, она… Господи…

– Ничего не значит, – попробовала я ее успокоить, – я же говорю, идет следствие… Татьяна Ивановна, если Марина появится, позвоните мне, пожалуйста, вот номер телефона. Надеюсь, вам не надо объяснять, как это важно.., для вашей дочери, естественно. Вы взрослый человек и в отличие от нее должны понимать: если прятаться от следствия, эффект получается обратный. Ее найдут, но последствия могут быть самые…

– Да-да, я.., я обязательно… Только бы она появилась. Я позвоню.

– Спасибо вам, – кивнула я.

Лукьянов поднялся, и мы покинули квартиру. – Похоже, маме не до старшей дочурки.

– Думаешь, она и в самом деле не знает, где ее дочь?

– Ты в восемнадцать лет часто с мамой по душам разговаривал?

– У меня не было мамы. И папы тоже. Была бабушка парализованная, и в восемнадцать лет я не в кабаке торчал, а под пулями.

– Извини, я не в курсе твоего героического прошлого, – пожала я плечами и достала сотовый из сумки, набрала номер и, когда мне ответили, попросила:

– Валера, пробей номерок.

Телекомовский, да.., хорошо. Через некоторое время будем знать точный адрес, – сказала я, – а пока предлагаю поужинать.

Лукьянов ничего не ответил, и я приняла это за согласие. Ужинали мы в кафе в квартале от школы. Позвонил Валера, один из людей Лялина, и сообщил точный адрес Пастухова Романа Олеговича.

– Порядок, – кивнула я. Лукьянов позвал официантку, достал бумажник с намерением расплатиться, а я сказала:

– Ты у нас в гостях, плачу я… – А он разозлился. Официантка отошла.

Он сурово взглянул на мою улыбающуюся физиономию и вроде бы собрался что-то произнести, но сдержался. – Я потом предоставлю счет Деду, так что мой кошелек не пострадает.

– Я не привык, чтобы за меня бабы расплачивались, – буркнул он, с намерением отвязаться от меня.

– Так ты видишь во мне существо противоположного пола? Это для меня новость.

– Послушай, – начал он, внимательно посмотрел на меня и заявил:

– Нас ждут дела.

– Конечно, – не стала я спорить.

* * *Район с названием Пасека (должно быть, когда-то она здесь была) всегда производил на меня унылое впечатление.

Вот и сейчас вереница одинаковых домов с застекленными балконами и площадками для машин вызывала ассоциацию с кукольным городом, ненастоящим и оттого нелепым.

– Где Верхняя Запрудная? – спросил Лукьянов.

– Понятия не имею.

Я остановила машину и немного пообщалась с прохожими. В течение пятнадцати минут общаться пришлось еще дважды, в хитросплетении здешних улиц сам черт бы не разобрался.