Все ведьмы – рыжие

И вообще, не выходи из образа, ты здорово под мебель мимикрировала, продолжай с тем же рвением.

Слов нет, одни междометия! А он отвернулся, так, словно меня тут и не было, и вновь уставился на деда.

– Любимый, – прошипела я, – и все же ответь. Это что, получается, если Демон, который Дайрем, обратился в темного, ему доступ на Землю тоже закрыт?!

Князь не ответил, но улыбка у него стала очень говорящая. И я поняла, что – да.

– Да, сладкая, темный пошел ва-банк, и нам важно выяснить почему, – все же соизволил произнести Стужев.

Послышалось шипение. Явственное и злое, после чего Кощей произнес тихо и отрывисто:

– Темный решил, что Маргарита ключ к Терре, Коша! В отличие от нас темные не в курсе, что все бабы Яги на болотах у Гада Змеевича, они уверены, что Марго последняя. А значит, она – хранительница и, следовательно, ключ.

Князь молча посмотрел на меня. Я на него. В итоге Стужев скривился, как от лимона, и сказал:

– Дед, ведьма моя.

Кощей ехидно поинтересовался:

– Из вредности?

– Да, она очень вредная, – подтвердил Князь, едва заметно усмехнувшись, – и если я ее придушу когда-нибудь, то сам.

– Кошшша, темные справятся с этим куда успешнее!

– Их проблемы. – Стужев сел ровнее.

Кощей и так ровно сидел, но тоже как-то выпрямился, и оба уставились друг на друга. Решительно, мрачно и в чем-то даже со злостью. Я тоже села ровнее, потом поняла, что не очень удобно, чуть-чуть сдвинулась. Так тоже было неудобно, и я еще сдвинулась. Все равно неудобно, и я…

– Марго, хватит ерзать, – прошипел Стужев.

И я сорвалась!

– Я не могу не ерзать, когда один сказочный злодей требует моей смерти посредством выдачи темным, а второй демонстрирует собственнические замашки в отношении не принадлежащей ему меня!

– Маргош, давай откровенно, от твоего мнения о ситуации ничего не изменится, – меланхолично бросил Стужев и повернулся к деду: – Как будем действовать?

Я не стала ждать ответа великого Кощея и внесла свое предложение:

– Я возвращаюсь домой, а вы с темными и дальше играете в свои странные игры.

Кощей тоже внес предложение:

– Ты отдаешь ведьму темным, становишься бессмертным, и мы начинаем действовать.

Выслушав оба наши предложения, Князь произнес:

– Два момента – ведьма моя, и никто никуда не возвращается.

Не знаю, как у Кощея, а у меня на лице явно кислая мина воцарилась.

– Стужев, – протянула я, – а что, самому разобраться с темными влом?

– Маргош, – мне улыбнулись, – о тебе в роли напарника никто и не говорит.