Всегда лишь ты

Марвин смотрит на меня с толикой недоверия во взгляде.

– Пойми, мне бы не хотелось рисковать… – начинает выкручиваться, пытаясь придумать аргументы «против».

– Это тот случай, когда риск оправдан, – преисполненный уверенности в собственных силах, убеждаю его я.

Марвин достаёт платок и вытирает взмокший от пота лоб. Видимо, порядком обалдел от моей затеи.

– Молодой человек, ремень, – слышу я мелодичный голос стюардессы.

– Как будто это спасёт, ей богу… – щёлкая железкой, комментирую я.

– Техника безопасности, – улыбается и разводит руками.

– Девушка, а можно я туда пересяду? – пищит зализанное гелем недоразумение, сидящее справа через проход. – Мне не нравится место с краю. Я привык смотреть в иллюминатор!

Закатываю глаза. И как только земля таких носит!

– К сожалению, пересаживаться запрещено, – отвечает ему бортпроводник, продвигаясь дальше по салону.

– Что за бред? Есть ведь пустое место, зай! – возмущается эта ошибка природы, обращаясь к своему рыжему соседу. – Не понимаю, почему нельзя пересаживаться? Им принципиально важно, где я буду сидеть?

– Да, петушок.

Так будет легче идентифицировать твой труп, в случае падения самолёта, – поясняю ему я.

Пока это чудовище в шоке переваривает мои слова, я втыкаю наушники и стараюсь максимально абстрагироваться от того, что происходит. И нет, дело не в предстоящем бое. Я уверен в том, что победа будет за мной. Причина моих глупых переживаний – чёртов город. Город, который связан с Ней. Джексонвилл.

Стандартный поединок по правилам MMA (смешанные единоборства) состоит из трёх раундов по пять минут.

Главные и титульные бои длятся пять раундов с разницей в минуту. Действие происходит на ринге, именуемом октагоном. Во время боя судейский состав из трёх человек оценивает поединок по нескольким критериям. Чтобы одержать победу над соперником необходимо использовать ударную, бросковую и борцовскую технику, а также болевые и удушающие приёмы.

Сегодня бой заканчивается нокаутом уже на второй минуте.

Будем считать это наказанием для зарвавшегося Джонни Кика. Довыпендривался, упырь ирландский.

– Завтра же звони агенту Чейзу, – напоминаю я Дешоту под оглушительный рёв толпы.

– Ладно, Лерой, твоя взяла, – хитро прищурившись, кивает он, пребывая в приподнятом настроении.

– Ты не будешь разочарован, – ещё раз обещаю ему я, закидывая полотенце на плечо.

До гостиницы я добираюсь лишь к десяти. По моей просьбе Марвин заранее зарезервировал мне номер. Тот самый.