Всегда лишь ты

Там горит одинокая лампа и мерно бубнит телевизор. На диване, укутавшись в тонкое одеяло, спит отец. Подхожу ближе, забираю с кофейного столика пульт. Выключаю нашу старую плазму и возвращаю его на место. Папа тревожно вздрагивает, но не просыпается, и я решаю его не будить. Стараясь не шуметь, тихо поднимаюсь по ступенькам на второй этаж.

Дверь в спальню родителей приоткрыта, и в комнате, несмотря на ранние часы, тоже горит свет. Слышу какие-то звуки. Осторожно заглядываю и, обнаружив, что мама не спит, тороплюсь войти.

Элис сидит на кровати. Медленно раскачивается взад-вперёд и при этом тихонько стонет. Сказать по правде, эта картина пугает меня до чёртиков.

– Мам… – зову её, да вот только она никак не реагирует. Голова опущена, колени прижаты к груди. – Мама…

Сглотнув ком, вставший в горле, направляюсь к ней и присаживаюсь на постель.

Как же сильно она похудела… На голове косынка, но даже так замечаю, что от прежней густоты волос осталось лишь воспоминание. Выпали… Типичное последствие химиотерапии.

Дотрагиваюсь до её руки. Холодная, почти ледяная. Кожа непривычно сухая и шершавая. Тонкие пальцы вздрагивают от моего прикосновения, и я снова пытаюсь обратить на себя её внимание.

– Мамочка, слышишь меня? – скидываю кеды, подбираюсь к ней ближе и обнимаю второй рукой.

– Мам, это я, – шепчу, глотая горячие слёзы.

В какой-то момент она дёргается и поднимает голову. Словно приходит в себя.

– Мелроуз, – шепчет пересохшими губами и не сразу фокусирует растерянный взгляд на мне.

– Это я, да, – сильнее сжимаю её пальцы.

– Ты… – хмурится. Осматривается. Будто не понимает, где находится.

– Я здесь, приехала к тебе, – рассматриваю утомлённое болезнью лицо, и моё сердце рвётся в клочья.

Всегда яркая, цветущая, молодая. Сейчас она лишь отдалённо напоминает ту Элис Онил, которую я помню. Желтизна кожи, мешки под глазами, чрезмерная худоба…

– Зачем ты здесь? – протягивает ладонь и проводит ею по моим волосам.

Замираю… Такой несвойственный для неё жест.

– К тебе приехала, – повторяю я ещё раз.

Да, я обманываю. Уехала, не предупредив его лично. Не дозвонилась, поэтому просто оставила сообщение в мессенджере. Так делать не принято, но мне всё равно.

– Как твои дела, дочка?

– Всё в порядке, мама. А как… ты? Говорила, что тебе лучше. Выходит, обманывала? – качаю головой и только сейчас понимаю, почему в последнее время она так категорично отказывалась от звонков по видеосвязи.