Всегда лишь ты

– Ни черта он не помог! – пуще прежнего злится Элис.

Переглядываемся с отцом. Забираю телефон и выхожу в коридор. Направляюсь в свою комнату. Захожу туда и пару минут просто стою, прислонившись спиной к двери. Медленно осматриваю свою девичью обитель. Каждая деталь отзывается ворохом воспоминаний. Ведь здесь всё как прежде. Даже фотографии моих друзей на стене. Фотографии всех тех, с кем пришлось прекратить общение. Резко и без объяснений…

Тряхнув головой, прохожу мимо и занимаю подоконник. Ищу в списке контактов номер врача и нажимаю на вызов.

Долго слушаю длинные гудки, и уже не жду, что мне ответят, но вдруг в трубке раздаётся мелодичный женский голос.

– Миссис Гаррет, доброе утро.

– Доброе, – здоровается со мной врач.

– Простите, что беспокою в столь ранний час. Моя мама – ваша пациентка. Я звоню по её просьбе. Нам необходимо узнать, когда начнётся новый курс химиотерапии.

– Фамилия? – слышно, как она шуршит бумагами.

– Онил. Элис Онил, – уточняю я.

– Ах Элис… – странной интонацией произносит она.

– Не знала, что у неё есть дети.

– Конечно есть! – её предположение задевает меня. – Я и мой брат Кид… мы живём в другом штате.

Миссис Гаррет молчит, и я начинаю думать, что пропала связь.

– Как можно к вам обращаться?

– Роуз, – замечаю отца, появившегося в дверном проёме.

– Вы могли бы подъехать в онкоцентр? По телефону сообщать такие вещи не совсем удобно.

– Говорите… пожалуйста, сейчас, – прошу я.

– Видите ли, Роуз… Вашей маме… больше не нужно приезжать на терапию.

– То есть как? А химия, лучи? Она сказала, что…

– Роуз, у вашей мамы всё очень-очень плохо.

Мы боролись как могли, однако метастазы… увы… Поражены лимфоузлы и внутренние органы. Я пыталась менять состав препаратов…

– Но есть ведь какие-то варианты? Можно попробовать что-то ещё? – отчаянно молю я. – Может, лучевая терапия?

– Мне очень жаль… Рак на четвёртой стадии фактически не поддаётся лечению. Лучи убьют Элис раньше срока, её организм устал. Он больше не выдержит.

– На четвёртой? – слёзы пеленой застилают глаза.

– Важно, чтобы Элис провела эти дни в кругу семьи. Окружите её заботой, любовью и теплом.

– Дни? – переспрашиваю, ощущая, как липкий страх проникает за шиворот.

– Дни, недели… Никто не даст точного ответа.

Дрожь россыпью бежит по коже. В голове десятки почему.

– Обезболивающие ещё помогают? – осторожно интересуется Карла.

– Уже мне кажется нет… – растерянно отвечаю я. – Маме очень больно. Она совсем не спит.

– Сейчас пришлю рецепт для аптеки.