Всегда лишь ты

Отец становится всё более угрюмым и молчаливым, Лоретта постоянно плачет, а Кидман совсем закрывается и уходит в себя. Каждому из нас известно, что Элис скоро нас покинет. Но принять этот факт не получается, ведь невозможно подготовиться к тому, что близкого человека не станет. Как и смириться с тем, что наша семья уже никогда не будет прежней…

В одну из ночей мама будит меня осторожным прикосновением. Неожиданно изъявляет желание выйти на улицу, и я, захватив с собой тёплое одеяло и плоскую подушку, помогаю ей спуститься по лестнице.

Часы показывают почти четыре утра, когда мы выходим из дома и направляемся в сторону широких соседских качелей.

– Вот так, теперь садись, – говорю я, бросив мягкую подстилку на деревянную сидушку.

– И ты, – она кивает на соседнее место, которое я тут же послушно занимаю.

– Тебе не холодно, мам? – поправляю одеяло, накинутое на её худенькие плечи.

Элис чуть приподнимает голову и делает глубокий вдох.

И впрямь хорошо. На улице очень тихо, ни единого звука, и только лёгкий ветерок колышет пожелтевшую траву, покрывающую землю.

– Всё ещё злишься… на меня? – протягивает ладонь и ласково касается моей скулы.

– А должна бы, – чуть склоняет голову вправо.

– Сейчас нет ничего важнее, чем ты, – шепчу я, отлично понимая, что она имеет ввиду.

– О, милая, – старается улыбнуться потрескавшимися от сухости губами и задерживает на мне внимательный взгляд. Такой… что до косточек пробирает и вызывает волну щемящей острой боли, отдающей в самое сердце.

– О чём ты думаешь, мама?

– Я так ждала тебя, Мелроуз.

У нас с Кидманом прочная связь, но он мальчик, а я всегда... всегда грезила о девочке, – признаётся, поправляя мои волосы. – Мечтала, что мы будем близки. Но иногда не получается так, как хотелось бы, верно?

В этом она права. Между нами никогда не было доверительных и тёплых отношений.

– Ты выросла чудесной девушкой, Мелроуз. Доброй, отзывчивой, сильной и целеустремлённой. И я всегда хотела, чтобы у тебя всё сложилось. Понимаешь?

Видно, что ей тяжело говорить длинными предложениями, но я хочу слушать её и поэтому не останавливаю.

Положа руку на сердце, стоит признаться, что слишком давно мы не были честны и откровенны друг с другом. Подобные разговоры по душам совсем не практиковались в нашей семье…

– Всё, что я делала, было ради тебя.

– Знаю, – целую её ладонь и пытаюсь выровнять дыхание. Чтобы вдруг не расплакаться и ненароком не расстроить её.

– Когда рядом с тобой появился Картер, я испугалась.