Всегда Ты

— Соображай быстрее… — требует он, поднимая голову.

Смотрит мне в глаза и накрывает мою грудь ладонью через платье. Сжимает её, демонстрируя в действии выше озвученные принципы. Снова сжимает, обводит пальцем затвердевший сосок.

Откидываю голову назад, роняя веки. По телу проходит дрожь. Облизываю пересохшие губы и говорю, вновь глядя на него:

— Эмм…два…эмм…года?

Карие глаза округляются и смотрят на меня недоверчиво. Впервые с момента нашей судьбоносной встречи вижу у него такое дурацкое выражение лица.

Убираю руку от его ширинки и прижимаю ладонь к стене.

 Чувствую, как начинают гореть щеки. Отворачиваюсь и хмурюсь, изучая потолок.

Он абсолютно белый.

Паша прижимается своим лбом к моему и спрашивает, поглаживая мою щёку ладонью:

— Тебе не понравилось?

Закрываю глаза и судорожно выдыхаю.

Что я должна ответить? Что у меня был только один мужчина, и я его подсознательно сравнивала с другим мужчиной, в то время как тот другой мужчина даже не вспоминал обо мне? Для Благова это такая дичь, что он даже вообразить такое не сможет.

Наш с Ваней секс был пресноватым, потому что я сама выстроила между нами невидимый барьер.

Теперь я, и правда, чувствую себя идиоткой.

— Я не хочу об этом говорить… — отрезаю тихо-тихо, но твёрдо.

— Тебя…кто-то обидел? — спрашивает он, напрягаясь после небольшой паузы. Поднимает голову и смотрит на меня хмурым пристальным взглядом.

Мать природа меня обидела, тем, что сделал такой мечтательной дурой.

— Да нет же! — восклицаю я досадливо и, закрыв глаза, прошу.

 — Можем мы просто продолжить и всё?

Несколько секунд он дышит рядом. Я упрямо жду, сжав губы. Я больше не скажу ему ни слова о своём прошлом. Оно его не касается. Оно принадлежит только мне.

— Ладно, — снисходительно бросает Благов.

Барин, блин!

— Ой, ну спасибо! — злюсь я, открывая глаза и глядя на него негодующе. Складываю руки на груди, спрашивая. — И куда мне пройти?

Благов снова наклоняется и кладёт руку на стену рядом с моей головой. На губах его ленивая насмешливая улыбка.

Поднимаю глаза и смотрю на него упрямо. Он начинает откровенно лыбиться, будто его забавляет мой протест.

— Мы тут до обеда стоять будем? — пытаясь быть наглой, спрашиваю я.

— Коготки спрячь, — смеётся Паша, а потом вдруг берёт и дёргает моё платье вниз, схватив его пальцами за вырез. Ахаю, разводя руки от неожиданности. Бретельки мгновенно рвутся, и оно оказывается на полу, скользнув по мне, как ветерок."

"Потрясённо смотрю на Благова, он смотрит на моё тело.