Всего лишь измена

Но вижу, что выпил лишку!

— Жду, когда муж вернётся с работы, — отвечаю с иронией.

— Без него не уснёшь? — улыбается Костя.

— Без него? — говорю, вскинув брови.

Костик снимает штаны. Вместо брюк надевает домашние шорты.

— Сколько там времени? Тохе спать не пора? — прислушавшись, он различает возню за стеной.

— Времени много, аж десять часов, — я киваю с укором.

— Ну, ладно, Виталь! Задержался, был повод, — бросает устало. Вроде «я сам не хотел, меня заставили».

Я опускаю книженцию:

— Так что там за горе у Толика?

Но Костя расплывчато машет рукой:

— Щас, Антохе дам чертей и вернусь!

Он уходит, соседняя дверь открывается, и до меня доносится звук его голоса.

Пока его нет, я гадаю по книге. У меня на коленях не сложный учебник. Любовный роман. Мой муж не читает такого! А я не могу без историй о жизни, любви. Когда погружаешься в них, то теряешь связь с миром.

— «Любить, значит — прощать», — написано в книге.

Какая банальная истина. Это о нас с Богачёвым, наверное? Так я же простила его!

Костя приходит не сразу. Сначала я слышу, как он наспех моется. Затем шлёпанье босых ног по полу затихает у двери. В комнату входит раздетый, с полотенцем на бёдрах, зевающий Костик. Свой маленький хвост распустил, и курчавые волосы делают голову больше, чем есть.

— Ну, говори, не томи! Я же жду, — напираю с обидой, — Что за повод напиться?"

"— Да мы не напились, — он машет рукой, — Так, чуток выпили. Правда, Зарецкий чуть больше меня.

— Ну, ну, ну? — тороплю.

Он садится, набросив на дверцу шкафа полотенце. И летом, и зимой, Костик любит спать голым. Одеяло скрывает его ниже пояса. Подоткнув под шею подушку, он приминает её своим телом.

— Зарецкому жена изменяет, — наконец говорит.

От изумления я теряю дар речи:

— Да ладно, — шепчу.

— Серьёзно, — парирует Костик.

— Кошмар! — у меня нет других слов. Обычно мужья изменяют, а тут…

— Вот и я говорю, что кошмар. Столько лет вместе и на тебе, — тяжко вздыхает Шумилов.

— И что Толик думает делать? — ворошу одеяло.

— Он ещё не решил, весь в сомнениях, — Костик смотрит наверх, по лицу и не скажешь, что он раздосадован. Скорее, задумчив. Будто это ему предстоит решить, как поступить с нерадивой женой.