Я засмеялась в голос, ощущая себя юной девчонкой, полной сил.
У-у-ух!!!"
"Рядом со мной, в сантиметрах, рухнул пласт снега с крыши, усыпав всю меня снежной крошкой. Сердце пропустило удар, а потом забилось испуганной птицей. В груди запекло еще сильнее, стало так горячо, что не вдохнуть. Я беспомощно хватала ртом воздух, потом ноги подкосились, и я упала, проваливаясь в темноту.
Глава 1
Максимилиан арр Телларион
– Что же ты так смотришь, дорогой? – капризно протянула Самира, опуская ресницы, но я уловил в голосе тщательно скрываемые нотки страха.
Чувствует за собой вину и опасается последствий. Когда-то я мог часами любоваться ее совершенной красотой. А сейчас едва сдерживался, чтобы не удавить мерзавку.
– Хватит на меня так смотреть! – сдали у нее нервы. – Да, у меня есть поклонник… У всех красивых девушек они есть, и в этом нет ничего предосудительного. Ты же так долго отсутствовал, не уделял мне внимания.
Что-то я не видел в ее письмах ко мне сетований по этому поводу.
Лишь благодарила за подарки и драгоценности, которые я ей посылал на праздники.
– Шесть… – холодно уточнил я.
– Ну, хорошо, их шесть… – покладисто согласилась она, невинно хлопая ресницами.
Лишь напряженная складка у губ выдавала ее волнение.
– Только в этой крепости, а еще пять в Алуадаре, три в Тассоме и четыре…
– Хватит!
Я скривился, видя, как по щекам любезнейшей невесты текут слезы. Раньше, года два назад, еще до войны, я велся на ее кукольное лицо, алые пухлые губы и небесного цвета глаза.
Верил, что эта непорочная синева не может одарить собой лгунью и интриганку. Верил каждому ее слову. И вот чем все обернулось. Если бы тогда я знал, как все сложится, не стал бы оттягивать брачный ритуал. Не поддался бы на уговоры Самиры, которая подольше хотела оставаться человеком. Видел и сам плюсы в том, чтобы супруга выглядела немного старше, более подходящей моему статусу.
– Максимилиан, я… люблю только тебя, они ничего не значат! Я же твоя истинная! Клянусь всеми…
– Замолчи!
Ледяное спокойствие, которое я сохранял вопреки бушующей внутри меня ярости, дало трещину. Лживые слова ядом растекались внутри и жалили. А вместе с эмоциями наружу вырвалась тьма. Теперь на девушку смотрела сама бездна, голодная, она словно открыла свою пасть, желая заглотить новую жертву. Я не позволил.
