— Он вцепился пальцами мне в кожу, выдавливая ногтями яркие, как звезды, полумесяцы. — Можешь ничего не говорить в ответ, но я знаю, что чувствую, и не собираюсь врать или притворяться, будто на самом деле все по-другому. Я люблю тебя.
Я на секунду прикрыл веки. Не могу понять, боль я в тот момент ощущал или наслаждение, и так ли важно, что именно. Осознавал только, что меня просто ошкурило его желание признаться. Оставило оголенным и дрожащим.
— Я люблю тебя, — насупленно сверлил он мое лицо глазами. — Я люблю тебя.
Если ничего не сделать, он, может, так и будет повторять.
— Ладно-ладно. Ты меня любишь. Понятно. Принято.
Я не собирался отвечать настолько грубо, но, к моему удивлению, он опустил руку и рассмеялся.
— Все-все, хорошо. Уже лучше, чем в тот раз. Сойдет пока.
Пока? О боже. Вместо того чтобы развенчивать его напрасные надежды, я растерял все представление о том, как это сделать и с чего вообще мне вдруг захотелось.
Колени отчего-то подогнулись, и я упал на диван.
— Мне показалось, что ты собирался порвать со мной, — жалобно сказал я и тут же почувствовал к себе отвращение.
Кто только за язык дернул?
Тоби махом пролетел через комнату и практически напрыгнул на меня, заключив в объятия. А я беспомощно хватался за него, потому что… потому что хотел, чтобы он был со мной, а то секундное столкновение с реальностью потери Тоби перечеркнуло все мои оправдания и утешающие аргументы. Оставило за собой только страх. Беззащитность.
— Господи, — тем временем кричал он, — да ты что.
Да никогда. Я люблю…
— Знаю, ты говорил. Хватит уже, пожалуйста.
Он уткнулся лбом мне в лоб. Так близко я видел только смазанное пятно с голубыми глазами и широкой улыбкой.
— Сам виноват, что в первый раз не послушал. А теперь у тебя набежала неустойка — недолюб такой. Это как недосып. И пора его как-то выплачивать.
— А нельзя оплатить каким-нибудь другим способом?
— В смысле… — Он чуть отстранился и подергал бровями, наверняка думая, что это развратно. — …сексуальным способом?
— Да.
Сексуальным способом.
— Заметано. Но Лори?
О нет, опять у него голос посерьезнел.
— Да?"
"— Я люблю секс, правда люблю. Всю неделю только и думаю, что бы еще с тобой сделать в постели. Но мне и остального тоже хочется. Я как раз об этом хотел поговорить. И извини, если это как-то по-шантажистски звучит, но мне реально, можно сказать, больно, когда ты берешь вещь, которая столько значит, и загоняешь с ее помощью меня в свои рамки.
