В смысле, теоретически должны существовать и менее удобные и грациозные позы, которые может принять человек. Пусть и сам я их не представляю.
До этого я планировал, что вести будет он, как куда более высокий, но теперь понимаю, что однозначно нет. Лори напряжен, как доска, а та ладонь, что держит мою, превратилась в перепуганную клешню.
А я-то думал, что сильнее полюбить его просто не в состоянии.
Так что вспоминаю, как у меня получалось успокаивать во время секса — как вот когда он затих, прикованный цепями к кровати — и повторяю тут.
Говорю Лори, что все будет хорошо. Что он красивый. Потому что для меня он на самом деле красивый, и больше всего как раз в именно те моменты, когда делает что-то, что вообще-то не слишком хотел бы.
Боже мой, какой же я маньячина.
Ну и пусть. Когда взамен получаю такое, меняться я не собираюсь ни за какие коврижки.
Объясняю Лори основные шаги, а потом вместе с ним их повторяю. Сперва он не доверяет мне, не доверяет себе, не хочет или не может расслабиться, спотыкается об мою ногу, о свою ногу, о часть абсолютно ровной поверхности и наступает мне на пальцы.
Не раз.
Я уже начинаю думать, что совершил ужасную ошибку, когда он… по-другому и не скажешь… он сдается, и мы танцуем. Слоу, слоу-квик-квик-слоу, слоу-квик-квик-слоу, слоу-квик-квик-слоу. Он даже дает мне изобразить парочку правых поворотов и локов назад без застывания, спотыкания или вминания моих туфель в пыль.
Я увеличиваю темп. Это ж все-таки квикстеп, а не напуганный-и-несколько-медленный степ, и Лори даже выдает пару смешков, пока мы галопируем по двору в объятьях друг друга.
Получается процентов на пять грациозно и на десять — умело, но какого хрена — танцуем же. И чем быстрее, тем ближе к тому, чтобы взлететь.
В конце концов Лори спотыкается, и мы замираем, хихикая, ловя ртами воздух и тискаясь.
— Ну, теперь нам осталось только повторить под музыку, — говорю я ему."
"— Ну, теперь мне осталось только где-нибудь прилечь. Желательно с мокрой тряпкой на лбу.
Я притворно зыркаю на него.
— Не так уж и плохо вышло.
— Я же сказал, что танцевать не умею.
Притягиваю его обратно в позицию.
— Не-е, ты просто не танцуешь. Чувствуешь разницу?
— Для меня — никакой разницы.
Пытаюсь вспомнить что-нибудь, подходящее для квикстепа и напеваю начало «Walking on Sunshine». Лори превращается в статую.
— Особенно не под Katrina and the Waves.
Нет, стало быть. Поглядываю на него исподтишка — на мужчину, которого люблю, но не могу звать своим парнем.
