Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Во-первых, не знал, когда закончу с Мег Дункан, а во-вторых, предпочел бы побеседовать с кем-то одним из них, неважно с кем, с глазу на глаз. Так что, нажимая на кнопку в парадной дома номер шестьдесят четыре по Эдем-стрит, я не знал даже, есть ли кто в квартире. Но судя по всему, кто-то там был, раз послышался щелчок.

Я толкнул дверь, вошел и поднялся по лестнице. На сей раз меня встретили не на пороге. Он стоял на площадке между первым и вторым этажами. Когда я поднялся до нее, Хок отступил на шаг.

Он явно не был рад меня видеть.

– А я снова к вам, – вежливо сообщил я. – Ну как, нашли вчера жену?

– Что вам нужно? – резко спросил он.

– Ничего особенного. Задать пару вопросов. Вскрылись кое-какие новые обстоятельства, которые немного все осложняют. Возможно, вы в курсе. Я про убийство девушки по имени Мария Перес.

– Нет. Я сегодня не выходил. Не просматривал газет. Кто такая Мария Перес?

– Не включал. Так кто она была?

– Дочь человека, который видел вас, когда вы входили в дом на Восемьдесят второй улице.

Ее тело нашли вчера ночью на Северном речном пирсе. Застрелена между девятью вечера и полуночью. Мистер Вульф интересуется, как вы провели вчерашний вечер. Вы и ваша жена.

– Ни хрена себе! – выдохнул он.

Мои брови поползли вверх от изумления. Это он явно не у Роберта Браунинга почерпнул. Не знаю, может, так выражались драматурги-елизаветинцы? Должен признаться, ничего в них не смыслю.

Откуда бы он этого ни набрался, передо мной стоял совсем другой Остин Хок.

Не тот, которого я вчера днем пожалел. И дело было не только в словечке, которое он отпустил. И лицо стало другим, и манера держаться. Этот Хок никого не молил о снисхождении.

– Итак, – сказал он, – вы хотите знать, как моя жена провела вчерашний вечер? Что ж, спросите ее сами. Пойдемте.

Он повернулся и пошел к своей квартире. Я шагал за ним. Дверь была открыта. Прихожей тут не имелось. Перешагнув порог, вы сразу попадали в небольшую комнату, обставленную как гостиная, вот только стены тут были сплошь уставлены книжными стеллажами.

Он прошел к двери в противоположной стене, открыл ее и сделал мне знак войти. Я вошел, шагнул и остолбенел.

Он убил ее. Нет-нет, конечно, не следует делать поспешных выводов, я всегда этим грешил. Во второй раз за день я видел женщину в постели, только эта была укрыта с головой. И не одеялом. Простая белая простыня повторяла очертания ее неподвижного тела. Труп.