Всё о Ниро Вульфе. Том 3

 — Вы еще пожалеете об этом. Вы об этом очень пожалеете!

— Не думаю, мистер Хенна. — Вульф переводил взгляд с Кремера на Лича. — Когда я решил проверить три адреса и послал туда своих сотрудников, то театр я доверил Солу Пензеру. Мистер Пензер никогда не полагается на случай. Он один из самых добросовестных людей, каких я знаю. Он звонил мне четыре раза, чтобы держать в курсе дела. Около трех часов он попросил у меня подкрепления и получил его. Сол, сообщите нам, пожалуйста, о положении дел.

Все присутствующие, кроме Вульфа и Стеббинса, повернули головы к большому глобусу, рядом с которым сидел Сол.

— Хорошо, сэр. Сначала я два часа потолкался по соседству, но не напал ни на какой след, и решил осмотреть здание внутри. Хозяину я только сказал, что хочу осмотреть театр, и то, как он реагировал на мою просьбу и как принял подарок — сорок долларов за труды, убедило меня, что совесть у него чиста. Он показал мне театр, провел меня в подвал и на второй этаж. На третьем этаже находится бюро, которое выполняет типографские заказы, с двумя печатными машинами и прочим оборудованием.

Хозяин сказал двум мужчинам, которые работали там, что я инспектор из страхового общества и должен проверить технику безопасности. Оба сразу показались мне подозрительными. Они не очень обрадовались моему посещению. Я отослал хозяина, как только начал осматривать шкафы и полки. Оба парня набросились на меня. Мне пришлось стать грубым и стукнуть одного рукояткой пистолета по голове, прежде чем они успокоились. На столе стоял телефон. Я позвонил и попросил прислать мне на помощь Фреда и Орри.

— Достаточно, — сказал Вульф. — А как обстоит дело сейчас?

— Фред и Орри все еще там. На одной из полок мы нашли за пачками бумаги восемь свертков двадцатидолларовыми банкнотами. В одном из ящиков шкафа лежали четыре стереотипа, которыми, по всей видимости, пользовались при изготовлении денег. Мужчины связаны, но имена их неизвестны. Когда я уходил, Фред сидел на единственном стуле, а Орри — на пачке газет.

У одного мужчины шишка на голове, в том месте, куда я его ударил рукояткой пистолета. Но ранен он не тяжело. Хозяину я дал еще двадцать долларов. Это все.

— Одну деталь вы все же могли бы добавить, — сказал Вульф. — Имя, которое назвал один из мужчин.

— Да, сэр. Это случилось когда подоспели Фред и Орри и мы связали парней. Когда мы нашли те двадцатки, с которых они печатали, один сказал другому: «Я тебе давно говорил, что Поль предаст нас. Проклятый бастард.