Всё равно растаешь, принцесса

Глядишь, за месяц даже краснеть перестанет, когда я ему улыбаюсь. Интересно, он ещё с кем-то общается, кроме меня и ярга? У меня сложилось впечатление, что Йормун не очень общительный парень.

От кузни мы теперь неспешно направляемся по дорожке вдоль крепостных стен. По пути Йормун рассказывает мне, что где находится и какие функции выполняют разные постройки. Однако умолкает, когда за углом одной из башен показываются стеклянные теплицы. Возле которых стоит хэди Рагна.

Увидев нас, она буквально впивается в меня пронзительным и совершенно недоброжелательным взглядом.

Но практически сразу натягивает на лицо приветливую улыбку и решительно направляется к нам.

Надеюсь, она не о сыне просить собирается.

− Доброе утро, ваше высочество, − с подчёркнутой учтивостью склоняет голову жена кастеляна, когда оказывается рядом.

− Доброе утро, хэди Рагна, − киваю в ответ. Старательно наращивая щиты. Не нужны мне её эмоции. Вот ни капельки

− Вы уже слышали, что случилось вчера вечером? — интересуется она, стрельнув глазами в сторону Йормуна.

Точно определив мой источник информации.

− Да, кое-что слышала, − мой ответ звучит ровно и даже холодно.

− И вы это одобряете? — вскидывает она брови. — Моего мальчика оболгали, выставили каким-то злодеем. Тогда как девчонка сама на него вешалась. Как и все прочие до неё. Боги наградили Ульфрика мужской красотой, силой и естественным очарованием, вот он и страдает от чрезмерного внимания всех этих вертихвосток, желающих выскочить за него замуж.

Не могу передать словами, каких усилий мне стоит удержать лицо и не выпучить на неё глаза в немом шоке. Я, конечно, понимаю, что для большинства матерей их дети самые лучшие, и даже слышала, что бывают такие, которые абсолютно слепы к недостаткам своих чад, но сама первый сталкиваюсь с такой откровенной глупостью и слепотой.

− А как вы оправдаете то, что ваш сын оскорбил ярга? — вскидываю брови.

− Мальчика спровоцировали, − вскрикивает женщина, ещё больше распаляясь. Морщится, явно делая над собой усилие, чтобы убавить тон.

И произносит уже немного спокойней: − При всём моём уважении к яргу Янгмару, не могу не сказать вам, что у него было сложное детство в стенах этого замка. Его отец относился к своим сыновьям очень… по-разному. И теперь Янгмар, как по мне, слегка предвзят к Ульфрику за то, что к моему мальчику благоволил не только старый ярг, но и покойный Гальвард.

− Это только ваше мнение, − отстранённо пожимаю плечами.