Всё равно растаешь, принцесса

Среди моих людей слышно удивлённые, решительные и одобрительные возгласы о том, что они все готовы.

− Нам нельзя терять время. Потому что мы не знаем, зачем ведьме понадобилась Софи. Вряд ли с хорошими намерениями. Поэтому выдвигаемся все немедленно. Берите факелы, обыскивайте все дороги, хутора, пещеры, хижины, все, что попадётся на вашем пути — приказываю людям. — Грим, ты за главного, — обращаюсь к другу.

— А ты? — хмуро смотрит он на меня.

— А я попробую найти их своими методами, — отвечаю, скрипнув зубами.

— Можно было бы использовать тот кровный ритуал, благодаря которому вы Ульфрика нашли, — подает голос Йормун.

− Да, можно было бы. Но Маргретиных близких родственников уже нет в живых. А все родственники Софи очень далеко, — замечаю я. — Поэтому не получится.

Парень смущенно опускает голову.

— Не кисни, — сжимаю я его плечо. — Пойдем, поможешь мне с другим ритуалом.

Очень долго я не мог принять то, что стал владыкой этой земли, владыкой Нагарда. Мне все казалось, что я недостоин, что это не мое место.

Да еще мое проклятие. Какой из меня ярг, если я даже род свой продолжить не могу, завещав сыну беречь родную землю, как от меня все ждут?

Но все это потеряло значение. Ибо сейчас для меня важно только то, что моей любимой именно в этот момент грозит смертельная опасность от рук очень коварного и опасного врага. Я больше не имею права носиться со своими сомнениями. Не имею права руководствоваться мнением человека, который не имел достаточно благородства, чтобы быть верным своей супруге, или чести, чтобы признать и взять ответственность за всех своих детей.

В подземельях этого замка находится святилище моего рода. Древнего колдовского рода, правившего на этих землях веками. И я должен наконец полностью принять это наследие. Это мое право и моя судьба. А наследник… если у меня не будет родного сына из-за проклятия, выберу и воспитаю своими силами.

В подземелье мы минуем поворот в темницу и спускаемся еще на один уровень. Сюда могут зайти только колдуны рода Торнгар и те, кого они считают достойными.

В конце концов мы оказываемся у кованой двери, буквально пропитанной силой. Металл покрыт изморозью. Все мое существо приветствует родную стихию.