Всё равно растаешь, принцесса

Правда, пришлось сказать, что буду держать взаперти, пока не согласится. Малышка в ответ заявила, что это низкий шантаж. Пожалуй, таким ничтожеством я себя ещё никогда не чувствовал.

А я ещё думал, в начале нашего знакомства, что она хрупкая и ранимая. О нет, силы воли и жёсткости характера моей Льдинке не занимать. Тем слаще будет добиться её капитуляции.

− Странно слышать о свободе выбора, когда речь идёт о королевской дочери. Принцесс обычно продают замуж куда повыгоднее и подороже. Ты с её отцом не пробовал договориться?

− Пробовал, конечно.

Предлагал Сэйнару стать нашим торговым партнёром на особо выгодных условиях. Даже пару личных рудников в бессрочную аренду сулил. Но Яргард Сэйнар отличается от всех остальных монархов, которых я знаю. Для него мнение дочерей в вопросе брака имеет весомое значение. Он мне отказал.

− Ого, − уважительно поджимает губы Грим. − Тогда понятно, почему девчонка такая несговорчивая. Знает, что семья её действительно поддержит. Не боишься, что Сэйнар пойдёт войной на нас?

− Не успеет.

Сперва Яргард либо сам прибудет в Нагард, либо пришлёт сына, чтобы забрать Софи. На дорогу они потратят времени в шесть-семь раз больше, чем мы. Классические стихийные маги в водной стихии против меня тягаться не смогут. Я надеюсь к тому моменту, как они появятся у меня на пороге, вернуть расположение моей Льдинки.

− А если не удастся? Если она не простит тебя и откажет?

− Тогда у меня не останется другого выхода, кроме как отречься от титула. Проклятый не может быть яргом.

Янгмар вернулся спустя несколько часов, как и обещал. За это время мне уже дважды приносили еду. В дверь тихо стучали, изморозь на ручке таяла и в комнату заходил растрёпанный светловолосый мальчишка с подносом. Ровесник моего четырнадцатилетнего брата Дастиана на вид. Парень пытался выглядеть суровым и невозмутимым, но я-то чувствовала его жгучее любопытство. И видела брошенные украдкой взгляды.

Впрочем, мне и самой стало интересно, что это за мальчишка. И как ему удаётся размораживать ледяную печать на замке.

Это Янгмар дал ему какой-то доступ? Или парень тоже колдун?

Буря моих собственных эмоций в конце концов схлынула, оставив после себя тягостное опустошение. Злость никуда не исчезла, но превратилась в мрачную решимость во что бы то ни стало отстоять свою свободу, пусть даже для этого понадобится терпеть Янгмара целый месяц.

Так что к этому моменту, когда дверь открывается в третий раз, притом без стука, я уже готова дать колдуну ответ.