Всё равно растаешь, принцесса

Пока я пытаюсь разобраться в чувствах мальчишки, Янгмар быстро перекладывает остальные тарелки с подноса, убирает тот и поднимает на меня взгляд.

− Прошу к столу, Льдинка, − с приглашением отодвигает для меня стул.

− Благодарю, − киваю вежливо, усаживаясь на предложенное место.

Почему-то мне страшно хочется обсудить с Янгмаром возможные опасения его ученика. Может, тот думает, что из-за меня ярг откажется быть ему наставником? Но рассказать о своих догадках означало бы признаться в своих эмпатических способностях, ну или намекнуть на их наличие.

Поэтому я сдерживаю этот порыв.

− Расскажешь мне, как устроена жизнь в Нагарде? — прошу я вместо этого. Разливаю по чашкам горячий чай.

− Что именно тебя интересует? — уточняет ярг, накладывая мне в тарелку яичницу с ветчиной.

− Всё, если честно. Узнав, откуда ты родом, я со стыдом для себя осознала, что практически ничего не знаю ни о твоей стране, ни даже о ваших соседях. Знаю только, что на Тарнхаде только два больших государства, включая ваше.

В наших библиотеках прискорбно мало информации о народах вашего материка.

− Ну это и не удивительно. Условия на большей части нашего материка довольно суровые, а населяющие его племена издревле привыкли жить закрыто. И это практически не изменилось, даже когда некоторая часть этих племён объединилась в большие, как ты говоришь, государства. Так проще беречь свои ресурсы, − улыбается Янгмар. — Нагардцы тоже долгое время не допускали на свои земли чужаков. Не считая похищенных невест, − подмигивает он мне.

 — Но когда яргом стал мой старший брат, он начал во многом менять многовековые устои. Открывать границы, заключать торговые договора с вашим материком. Теперь я продолжаю его дело.

О брате колдун говорит спокойно, но я ощущаю, как затапливает его грусть потери и горькое сожаление. А ещё тягостное застарелое чувство вины.

− То есть… титул ярга ты унаследовал от старшего брата? — спрашиваю, осторожно подбирая слова. — С ним что-то случилось?

− Он погиб, − сухо сообщает Янгмар.

Сжимает губы, опуская взгляд на тарелку. — Ешь, принцесса. Еда стынет.

Это было не очень вежливо. С другой стороны, мой вопрос тоже вполне мог показаться слишком личным. Нахмурившись, я действительно тянусь к вилке.

За столом на некоторое время повисает тишина, нарушаемая только стуком ножей об тарелки. И когда мне уже начинает казаться, что продолжения разговора не будет, ярг просто начинает рассказывать.

О своём замке.