Встреча с Вождем

Впереди, с отрывом метров в пятнадцать, разведка. Двое в камуфляжных костюмах с уже знакомым мне изломанным узором. Высокий и худой и коренастый здоровяк. Оба с карабинами. Каски в матерчатых чехлах, ременно-плечевые системы с подсумками и прочим обвесом, изрядно отощавшие за эти дни ранцы за спиной. Остальные двигались следом, растянувшись, как и мы перед этим, редкой цепочкой. Передовой дозор протопал мимо моей позиции, ничего не заметив. Вот и славно. Да и замаскировался я нормально, плюс трофейная куртка, спасибо отправившейся в Валгаллу абверкоманде, помогла.

К слову, не прихвати я ее, кисло бы пришлось в одной гимнастерке. Июль июлем, но под утро в белорусских лесах совсем не жарко. Кругом болота, а значит – сырость и туман на рассвете.

Третий… пятый… шестой… восьмой… какого хрена, откуда еще двое взялись?! Серега ведь шестерых насчитал?! Хреново! И это еще мягко сказано! Впрочем, какая уж теперь разница? Все равно ничего не изменишь и назад не откатишь.

Работаем…

Пропустив мимо себя передовую пару, я упер в плечо затыльник разложенного приклада и, направив ствол в затылок коренастому здоровяку, несущему карабин на плече каким-то особенным способом, выдавил слабину спускового крючка. Этих двоих сниму без проблем, главное, чтобы Наметов начал вовремя, не позволив немчуре слишком растянуться. Ну же, Серега…

Первых выстрелов я, как и планировалось, не услышал – на этом и строился весь план засады – пропустить противника и стрелять в спину замыкающим из бесшумного оружия.

Пока уцелевшие сообразят, что их убивают, – можно уполовинить немецкую группу. Я сидел в «голове» засады и не мог услышать «работу» осназовцев – кондовые советские «глушаки» надежно отсекали звук. Я мог лишь, продолжая удерживать в прорези прицела спину коренастого, видеть краем глаза линию егерей и заметил, как начали валиться замыкающие. Один, второй, третий… Четвертый с конца, что-то поняв или все-таки услышав (а нагруженный амуницией боец не может упасть совсем без звука), начал поворачиваться, одновременно приседая на колено и вскидывая к плечу карабин.

Пора! Автомат в моих руках отозвался дрожью отдачи, так непохожей на привычный «Калаш». Значительно более слабой из-за пистолетного патрона и большого веса самого оружия. Очередь, как и планировалось, прошлась по пояснице коренастого, швырнув его на землю. Все, этот, если и жив еще, уже не боец.