Встреча с Вождем

Так вот это как раз про нее. Надеюсь, товарищ Астров нас не подведет, вовремя «саушку» построит. Вас со мной тогда не было, но вкратце суть разговора перескажу: Николай Александрович запускает в серию новый легкий танк, «Т-60» называется. И собирался на его базе еще один строить, тоже легкий, но уже с пушкой в сорок пять миллиметров и броней почти как на «тридцатьчетверке». А я его отговорил и приказал на той же ходовой самоходку создать.

– Так это, может, зря? – осторожно осведомился мамлей. – Ну, «сорокапяточка» на легком танке – это знакомо.

Зато ежели такая броня…

– А зачем он нам нужен, Степа? Как ты легкий танк ни бронируй, он все равно легким останется. С экипажем в три человека. Как в той старой песне. И, значит, командир снова и командовать, и пушку наводить будет. Зато вместо двух-трех таких мы один новенький «Т-34» построим. А движки – Астров, кстати, собирался две штуки на каждую машину ставить – на постройку грузовиков пойдут. Ну или вон тех же самых бронетранспортеров.

Напомни вечером, я тебе примерную схему этого танка покажу, подробные чертежи-то я на ГАЗе оставил. Думаю, сам поймешь, что к чему.

Помолчав – танкисты переваривали услышанное, Владимир Петрович отдыхал от достаточно долгой по его меркам речи, – Батоныч закончил:

– А вообще вы большие молодцы, товарищи танкисты. В целом все верно, гм, предположили. А советский командир просто обязан уметь делать выводы на основании той информации, которую удалось получить. Да, все эти чертежи и на самом деле разработаны… в одном очень сильно засекреченном конструкторском бюро.

Кое-что сделано, так сказать, в металле – но, к сожалению, только в единичных экземплярах. Например, тот танк, на котором вы вместе со мной воевали, в ближайшее время вряд ли удастся поставить на поток. Потому открою небольшой секрет: на самом верху принято решение пока заниматься исключительно более простыми проектами. И наша задача – от имени товарища Сталина и Государственного комитета обороны проконтролировать их выполнение.

– А на фронт? – не выдержал младший лейтенант, задав давно мучивший его вопрос. Вышло излишне эмоционально, и танкист немедленно смутился.

– А потом и на фронт, – спокойно взглянув Гаврилову в глаза, ответил Бат. – Я тоже долго по тылам шастать не собираюсь. Если все пойдет согласно плану, через месяц нас, полагаю, отправят на передовую. Вы об этом пока не знаете, но мне поручено сформировать танковую бригаду особого назначения.