Онлайн-библиотека книг
"
"Когда он вышел из ванной комнаты, одетый в белоснежное белье, она уже затолкала в печь его истлевшую гимнастерку и остальные лохмотья. А из кладовки она принесла альпийские ботинки на толстой подошве, охотничьи брюки, поношенную, изрядно потертую, но еще крепкую кожаную куртку на цигейковой подстежке и толстый свитер. Иван быстро переоделся.
– Сегодня спать можешь внизу, в подвале. Там тепло и сухо. А я подожду Армана, – сказала она. – Сумку твою я принесу попозже. Все переложишь в рюкзак. С рюкзаком тебе будет удобнее.
Они спустились в подвал.
– Ты можешь спать на моем матрасе. Здесь я сплю во время налетов, когда вверху страшно.
– А как же ты?
– Сегодня же нет налета. Я буду там, вверху. Посижу у окна. – Она поднесла свою свечу к его лицу и спросила: – Сколько тебе лет, Иван?
– Двадцать пять. Что, старовато выгляжу?
– У тебя есть брат?
– Да, есть. Санькой зовут. Младший.
– Я его знаю, – сказала она.
– Как? Он здесь?
– Нет. В октябре сорок первого он пришел в нашу деревню и зимовал у нас в Прудках.
– Точно, выше. Братень у меня гвардейского роста – метр восемьдесят два!
– Вначале он жил у нас в Прудках, у одной женщины. В примаках, как и все окруженцы. Потом ушел в лес, стал командиром партизанского отряда.
– Прудки? Что-то знакомое. Это где?
– На Варшавском шоссе между Юхновом и Малоярославцем.
– А мы с Санькой из Подлесного! Это же совсем недалеко! Расскажи, как он там, братень мой?
– Он с отрядом ушел.
– А Санька? Санька жив?
– Иванок о нем ничего не говорил. Значит, живой. Брат вспоминал только погибших.
– Санька учился в Подольске, в пехотно-пулеметном училище. Он был лейтенантом? Какие у него были петлицы?
– Нет, он был в курсантской одежде. И петлицы на нем были курсантские. И звали его, я ж говорю, Курсантом. В него Пелагея Бороницына влюбилась.
– Откуда ты знаешь?
– Вся деревня об этом знала.
– Расскажи, Шура, расскажи о нем еще что-нибудь. – Иван схватил девушку за плечи и начал тормошить.
– Иванок говорил, что Курсант очень хороший командир, что его все слушались. Они казаков в поле перебили. Вначале в поле, потом в деревне.
– Казаков?
– Да, полицейские у нас были казаки. Форму казачью носили.
