Вторая половина олигарха

А ты уверена, что он ее снимает?

– Вот и я думаю: зачем?

Некоторое время мы ели молча, только Ариша, не в силах сдержать восхищения, пару раз высказался по поводу потрясающего плова. Вдруг меня осенило.

– Марин, а ты говорила, что твой Корнил… ну, ладно, ладно, твой бывший, так вот, что он куда-то ездил со своей компанией отмечать дни рождения и просто на пьянки?

– Ну, ездил. Это было без меня.

– А куда именно он ездил?

– Откуда я знаю?! Он же меня ни разу с собой не взял.

Куда-то за город. Подозреваю, что с ними всегда были девочки.

– Были девочки… – повторила я задумчиво.

– Ну да. Один раз я случайно увидела, что он весь перепачкан губной помадой. Иногда от него пахло духами. А еще как-то раз…

Марина снова ударилась в воспоминания. Я ее понимала, ей до сих пор было больно и обидно; эти чувства все еще не прошли, да и долго, думаю, не пройдут. Еще бы! Такой удар: выйти замуж за любимого человека, а потом находить следы чужой помады на его груди! Не знаю, что бы я сделала на ее месте с коварным изменником.

Скорее всего, просто огрела бы чугунной сковородой по макушке.

Марину я слушала вполуха, думая о своем. Для чего все-таки Корнилу эта странная дача в лесу? Да еще этот грязный старик с дубиной… Он-то там каким боком?..

После ужина Ариша отправился к кому-то из своих приятелей, а мы с Мариной остались в кухне наводить здесь порядок. Я хотела забросить посуду в машину, но Золотова начала возражать, зачем, мол, два часа гонять технику, сколько электроэнергии лишней! И принялась мыть посуду руками.

Я убирала все со стола, подавала ей тарелки, а она их мыла и ставила в сушку.

– Ой, Полина! – вздохнула Марина. – Больше недели мы занимаемся этим делом, а моих детей так и не вернули…

– Какая ты, однако, быстрая! Больше недели! Таким делом можно и месяц, и два заниматься. Подобные дела с налета не делаются.

– Ну, ты хоть скажи: есть надежда увести детей из дома Корнила?

– Я думаю, есть.

Теперь, когда тебя нет в живых… ну, то есть они все там так считают, что тебя нет в живых. Так вот, теперь, я думаю, они бдительность поутратили. Если раньше они еще опасались, что ты можешь подать в суд… или, я не знаю, выкрасть близнецов, да? То теперь папочка остался один. Мамочки нет, она упокоилась с миром. Я думаю, на днях мы твоих детей уведем.