Каждое движение вызывает по телу настоящую боль…
Мужчина, которого, как я только что услышала, зовут Алихан Идрисович, делает несколько шагов ко мне. Смотрит тяжело, словно бы прикладывает болезненно.
– Наркоманка или курьерша? – спрашивает он, закуривая. Пуская первый белый клуб дыма мне в лицо, от чего я сразу начинаю сильно кашлять.
Я дергаюсь, пытаясь посмотреть ему в глаза на равных. Вчера это получалось легче и лучше.
– Ни то, ни другое! Что бы там ни было, мне это подкинули! – говорю срывающимся на полуплач голосом.
Он усмехается, обдавая меня очередным густым облаком дыма.
– Мне можешь не пиз..ть… – по тону я понимаю, он совершенно мне не верит…
– Я не вру! – продолжаю гнуть свое.
Уголки его губ поднимаются слегка наверх. В глазах загорается огонь ярости, как вчера. Сейчас вместе с ним я вижу другую эмоцию – азарт. Так вот, что это было вчера, а я от страха и не разглядела… Он решил «задержать меня» в республике? По спине пробегает холодок. Господи, неужели происходящее – его рук дело…
– Это… вы? Я поэтому здесь?
Застывает.
– Идиотка… – качает головой, вздыхая. – Охреневшая дерзкая идиотка, язык которой давно следовало бы вырвать! Я владелец этого аэропорта. И знаю обо всех эксцессах, которые здесь происходят. Давно у меня не было вот таких отшибленных тупиц, самонадеянно решивших протащить дурь в ручной клади…
– Я ничего не протаскивала!
– Хватит нести пургу! Вернулась к столу и легла на него животом, живо! – приказывает мне хрипло.
Я начинаю задыхаться от возмущения. Снова делаю пару шагов назад. Он сейчас о чем?
– Это зачем? Вы же понимаете, я ничего нигде не прячу! Что… что вы собрались делать?!
Снова цинично хмыкает.
– Что полагается. Проверю твои дырки на предмет наличия запрещенных веществ. Знаешь, многие курьеры провозят наркоту именно там…
От его гадких слов хочется морщиться. Они в буквальном смысле словно бы бьют по мне, физически.
– Быстрее. Или я позову их обратно и посмотрю, как это сделают они.
Я не выдерживаю и начинаю плакать. Сжав кулаки, все еще сильно прижимая толстовку к телу, выполняю его приказ.
Хочется умереть. Раствориться в воздухе.
Чувствую его взгляд, тяжелый, стекающий по моей спине на бедра, ягодицы, ниже…
Не прикасается. Просто смотрит, как я покорно лежу перед ним.
Слышу в спину жесткую усмешку.
– Выдохни. Я таким не занимаюсь. Много чести.
