Хочу сжать эту шикарную задницу и грудь. Хочу трахать этот невинный рот. Только я. Моя она теперь. Я ее порвал. Порвал и подгоню под себя. Давно не чувствовал такой азарт, такой огонь, такой интерес. За это чувство многое можно заплатить – и даже во все это дерьмо влезть. Словно бы жизнь снова по жилам потекла. Представляю, как вставит после первого ее оргазма… А я так отчаянно хотел, чтобы она для меня кончала…
– Пойдем в спальню, Василиса, – еле сдерживаю похоть. Еле терплю, чтобы не разорвать бесформенный костюм, который Сабина для нее купила, чтобы снова полюбоваться на белоснежную кожу.
И посмотрю сейчас. Она моя. Она всецело зависима от меня. Не лишаю себя удовольствия. Эта девочка мне дорого обойдется. Я только за сегодня проблем огреб больше, чем за весь последний год. Имею право.
Закрываю дверь, видя, как она замирает на середине комнаты.
– Раздевайся, Василиса.
Нравится говорить ее имя. Именно полное, не это нелепое – Вася, как у мужика. Она из сказки.
Ее потряхивает, но она послушно выполняет приказ, стягивая с себя одежду.
Подхожу вплотную со спины. Впиваюсь жадно глазами в это совершенное тело. В памяти все блеклое по сравнению с реальностью. Ее запах, мягкость, чистота сводят с ума. Откидываю длинный каскад волос на одно плечо, провожу по позвоночнику кончиками пальцев. Она ведет плечами. Зябко и страшно кукле. Ничего, согрею.
Опускаю руки на ягодицы и еле сдерживаю стон. Пиздец.
– Красивая, – не выдерживаю, шепчу хрипло вслух, – не была бы такая красивая, х.. бы ввязался в это дерьмо.
Она еще не понимает степени палева вокруг. Не понимает, куда попала, что разворошила.
Разворачиваю к себе порывисто и еще больше зверею. Глаза сразу впиваются в покачивающуюся грудь. Натуральную, высокую. С ярко-розовыми сосками, которые к центру почти красные, как ее губы. Такая красотка должна всё время голой передо мной ходить.
