Его типаж сейчас, кажется, кардинально отличается от того обезьяноподобного образа, в котором мы встретили его в компании друзей…
– О чем так задумалась?
– Вы слишком грамотны для того бандюгана, которого мы встретили в первый вечер. Странное ощущение. Словно бы это были не вы… – отвечаю в лоб.
Он смеется, показывая свои идеальные белые зубы. Смеется опять только поверхностно. Словно бы механически. Его душу этот смех не трогает.
– Забавная ты, Василиса. Видишь, это опять вопрос восприятия и культуры.
Вздрагиваю от этого его определения почему-то. Слово «на б» он произнес с таким черным потемневше-порочным на мгновение взглядом, что по телу пробегает озноб.
– То есть уместно вести себя по-хамски в присутствии незнакомых русских девушек за другим столом? В присутствии своих сестер бы вы так себя не вели?
Алихан становится суровым и на секунду просто рассматривает меня.
– Ты не услышала главного, Василиса. Уместность. Начнем с того, что наши сестры не пойдут в такое заведение поздно вечером. У этого ресторана весьма красноречивая репутация.
«Зачем Кира нас туда потащила?» – в сотый раз проносится отчаянная мысль в голове.
– Ешь, Василиса. Остывает.
– Не люблю, когда меня называют Василиса. Я Вася.
– Ты Василиса. Вася тебе не подходит.
