Вторая жизнь

 – Я же должна заниматься собственным ребенком. Я же должна с ней что-то делать. Почему я не могу?

– Не знаю. Ты не умеешь получать от ребенка удовольствия. Попробуй, поиграй с ней, потанцуй, попой. Делай то, что тебе нравится. Да хоть йогой с ней занимайся.

– Полин, она мне не нравится, понимаешь? Она не моя. Я ее не чувствую. Она толстая и совсем некрасивая. Ты же видишь.

– Дети все красивые, – пыталась убедить подругу Полина.

Лиза уходила и ложилась спать.

Свекровь возвращалась с дачи перепуганная, счастливая, возбужденная.

И каждый раз удивлялась, когда находила внучку в добром здравии и вполне сытую, даже не похудевшую, а квартиру – в чистоте и порядке. На невестку она смотрела с подозрением, но Лиза давала полный отчет – что ели, как спали, как гуляли. Конечно, Лиза была в состоянии накормить и искупать ребенка. Она могла проследить, чтобы Дашка не упала и не засунула в рот мелкую игрушку. Она могла убрать квартиру, погладить белье. Иногда она даже могла заставить себя выйти гулять с коляской. Но на большее – быть счастливой мамой – оказалась не способна.

Валентина Даниловна делала попытки наладить с невесткой хоть какие-то бытовые отношения, но все оборачивалось скандалом. Как-то свекровь привезла перцы и очень гордилась урожаем – вывалила на стол, не могла налюбоваться.

– Даже резать жалко. Но надо сделать салат «Светофор».

– Это как? – уточнила Лиза без особенного восторга и интереса.

– Ты что, «Светофор» не умеешь делать?

Свекровь быстро накрошила в миску перцы разных цветов – зеленые, красные и желтые, залила майонезом и посыпала зеленью.

– Красота какая! – радовалась она.

Лиза положила на тарелку ложку салата и, отскребывая вилкой майонез, проглотила несколько кружков.

На следующий день Валентина Даниловна поручила Лизе сделать салат к обеду. Лиза нарезала огурцов, помидоров, добавила перец, залила оливковым маслом, чуть присолила.

Свекровь была оскорблена до глубины души. Как Лиза могла смешать ее прекрасные перцы с огурцами и помидорами? Да еще маслом залить вонючим?

– Кто это есть будет?

– Я буду.

 – Лиза взяла ложку и прямо из миски начала есть салат.

Валентина Даниловна не выдержала.

– Жри! Жри мои перцы! – закричала она и бросилась в детскую. Даша почувствовала настроение бабушки и стала плакать.

Лиза в одиночку доела салат, думая о том, что стоит сказать свекрови, чтобы она не говорила «мысочка». Миска, тарелка, как угодно, но не «мысочка». И не «попысала».