Вторая жизнь

Из квартиры пахло печеным, жареной картошкой с чесноком и еще чем-то наготовленным.

– Ты ж моя роднулечка! – запричитала свекровь, глядя не Лизе в глаза, а уставившись на ее живот. Все остальное время Валентина Даниловна разговаривала не с Лизой, а с ее животом. И кормила она тоже живот, а не невестку. Лиза пыталась держать себя в руках, но не смогла – уминала пирожки с рисом и яйцом, жареную картошку, селедку. Сидела и ела.

– Ну вот, ну вот! – радовалась Валентина Даниловна. – Как же хорошо! Ест! Ромка, она ест как нормальная!

Кухня, которая была рассчитана на две табуретки, изменилась.

Свекровь умудрилась втиснуть под подоконник стул со спинкой – для Лизы – и тут же, на краешке стола, раскатывала тесто и лепила новую порцию пирожков.

– С повидлом, Ромка, ты в детстве так любил с повидлом!

Лиза смотрела, как свекровь пересыпает варенье мукой, ловко слепляет концы, промазывает готовые пирожки куском марли, смоченной яйцом, и удивлялась – неужели Валентина Даниловна так мечтает о внуках, что готова полюбить даже невестку? Лиза испытывала благодарность – свекровь заботится, готовит, выделила ей аж два одеяла и две подушки.

Она потащила Лизу к соседке, потом к другой – похвастаться животом и новостью, что будет девочка. Лиза смотрела на интерьеры квартир другими глазами. Пока свекровь с соседками выбирали имя для будущей внучки, Лиза таращилась на стены. Валентина Даниловна склонялась к имени Валерия в честь Валерия Леонтьева, которого страстно любила в молодости, соседки предлагали выбрать имя по святцам.

Лиза кивала сразу всем и замечала, что все женщины здесь – рукодельницы. У каждой было вязание в работе и уже готовые вещи: или накидка на кресло, или шаль, или шарфик. Вязали очень хорошо. Практически в каждой квартире в коридоре на стене висели коврики из разноцветных ленточек и лоскутков ткани. И Лиза поняла, что это вообще не считалось особым умением, так, баловство, руки занять. Скрутить, склеить и повесить на стену.

Иконы в каждой квартире соседствовали на стене с рукодельными украшениями – вышивкой крестиком, плетеными ковриками, картинами-раскрасками, где по трафарету и набору из пяти красок в маленьких одноразовых контейнерах можно воссоздать картину знаменитого художника.

Рядом обязательно соседствовали картины из семечек или крупы. На шкафу или в углу за диваном сидели или стояли куклы. У Лизы в детстве тоже были такие – большие, умеющие ходить, или поменьше, которые закрывали глаза.