Вторая жизнь

Гастролирующая паломница говорила, что в Писании сказано: «Когда люди начнут убивать друг друга в церквях, идите в этот город. Здесь вы обретете спасение». Сделав глубокий вдох и закатив глаза, она сообщила про неминуемый конец света, апокалипсис, и призывала жертвовать – она знает, как надо помолиться, чтобы город остался закрытым для дьявола, и чтобы души жителей, а также тех, кто придет сюда в поисках Бога, сохранил Господь. Жители активно жертвовали.

– А нам чужих здесь не надо! – закричала женщина, стоявшая в первых рядах.

 – Нам самим места мало, никого сюда не пустим! Разврат принесут и болезни, правильно я говорю?

– Правильно, – загудела толпа, и Валентина Даниловна активно поддакивала общему хору.

– Пусть у себя ищут спасение, а нам всякие другие не нужны! – продолжала кричать женщина.

– Жертвуйте. Ваши молитвы не останутся без ответа. Господь вас услышит, – обещала паломница.

– Какой-то кошмар, мракобесие, – тихо возмутилась Лиза, свекровь ее услышала и недовольно поджала бескровные губы, за эти годы превратившиеся в бледную нить.

Это выражение лица Валентины Даниловны Лиза помнила прекрасно. Но свекровь быстро овладела собой и ласково улыбнулась:

– Вот здесь, в этой церкви, я мечтаю, чтобы Ромка венчался. Она намоленная, старая, благодать тут разлита. Пойдем, иконку тебе купим.

Валентина Даниловна бросила купюру в деревянный ящик, стоявший рядом с паломницей-проповедницей, и зашла в церковь. Лиза осталась на улице. Ей вдруг стало нехорошо – подступила тошнота, необъяснимый страх.

Она шагу не могла ступить. Захотелось уйти отсюда немедленно. Пропал интерес, отстраненный интерес туриста, которому все равно, на какую гору карабкаться и какие развалины осматривать. Лиза устала – от свекрови, от гостей, от Светок, Надежд, Толиков и бессловесных Стасиков. Она хотела вернуться домой – в свою просторную квартиру, на свой дизайнерский подоконник. Она хотела в свой душ, который не требовалось нагревать никакой колонкой. И на свою кухню, где не было дребезжащего холодильника. Рома предлагал матери купить новый, тихий, мощный, но Валентина Даниловна наотрез отказалась – на ее старом холодильнике удивительным образом зацвели гортензии. И Валентина Даниловна приписала это чудо на счет дребезжания и нагревания задней стенки агрегата.

Лиза не могла заставить себя войти в церковь. Не потому, что Ольга Борисовна и Евгений Геннадьевич не крестили дочь. Лиза впервые видела такую церковь.