Вторая жизнь

Лиза решила, что пора домой. С нее достаточно. Она вышла за ворота и пошла по улице. Спину начало тянуть. Буквально через пару минут ее догнала свекровь:

– Ты что? Я тебя потеряла! Ты видела свадьбу? Правда, хорошо? Я тебе иконку купила, носи всегда с собой, лучше в лифчик положи. Из пакета не вынимай, а шнурок прямо к пакету привяжи. Шнурком лямку лифчика обмотай – тогда точно не потеряешь. Я в лифчике иконы ношу – всегда под сердцем. Почему ты ушла? Устала? Ох, а как я, беременная, бегала! Ромка тяжелый был, у меня отеки, а я топаю, топаю, и никто места в автобусе не уступит.

Беременная ж, не больная. А ты ходи. Ходи больше. Как дите родится, тогда бегать придется. Тренируйся. Вот, держи иконку-то, прямо сейчас в лифчик положи, мне так спокойнее будет.

– Валентина Даниловна, я некрещеная, – призналась Лиза.

– Как это? Да разве так бывает? А что же делать-то? Как же ты рожать пойдешь? Почему некрещеная? Дети не бывают некрещеные. Я про такое не слышала. Может, ты забыла? Или перепутала?

– Нет, я точно знаю.

Мои родители в Бога не верили. Папу отпевали, но это же скорее ритуал, да? Институт оплатил отпевание. Маме, наверное, было неловко отказаться. Или папа был крещеным, а она не знала. Но меня точно не крестили.

– А Ромка знает? – Валентина Даниловна спросила об этом так, будто Лиза сообщила ей, что ребенок, которого она носит, не от Ромы.

– Он меня не спрашивал. Ему все равно.

– Как это все равно? Не может быть все равно! А дите? Ты ж дите будешь крестить? А что значит атеисты – евреи в роду или мусульмане? Нет, дите надо покрестить.

Как же без ангела-хранителя? А если заболеет? Его святой водичкой умоешь, и все хвори пройдут.

– Валентина Даниловна, ни про евреев, ни про мусульман в роду я не знаю, но вполне вероятно. Дите, как вы говорите, сначала родиться должно, а потом мы с Ромой будем решать – крестить, не крестить, делать прививки, не делать. Если заболеет – я врача вызову. И пусть врач решает, чем лечить – таблетками или святой водой.

– Что ты такое говоришь? Надо Ромке сказать! Обязательно надо Ромке сказать! Тебе-то уже поздно, да и без тебя обойдемся. Главное, чтобы крестная мать была. А кто крестной-то будет? Ты уже думала? Я ж крестильную рубашку уже заказала. У нас есть мастерица, такие рубашки шьет, такая красота. Кружевом обшивает, каждый стежочек у нее – залюбуешься. На руках все шьет. Деньги я отдала, аванс. Так что теперь, отменять заказ? Нет, она не вернет задаток. Не вернет.