Вторая «Зимняя Война»

В силу небольшой пропускной способности Врат грузовики просто невыгодно возвращать обратно, тем более что Красная Армия с охотой приобретает грузовые автомобили из будущего. Они мощные, грузоподъемные, неприхотливые, и при этом и имеют хорошую проходимость, что немаловажно при знаменитом русском бездорожье. И вообще, большой воюющей стране нужно много всего разного – и эти грузовики, которые удается протащить через Врата вместе с другими грузами, тоже внесут свой вклад в победу.

Любоваться на погрузочно-разгрузочные работы пришлось недолго.

Довольно быстро нам и сопровождающим подали легковой автомобиль. Устроившись внутри, я глубоко вздохнула, мы Гопкинсом обменялись кивками – и машина тронулась… Это был заключительный отрезок пути в нашем мире – мы направлялись к Вратам. И хоть все вокруг происходило довольно буднично, лично для меня это не могло загасить торжественность сего момента.

Едва мы выехали из Унечи, на дороге попался первый пост военной полиции. Обычная полосатая будка у края дороги, два солдата с автоматами и начальствующий над ними сержант.

На этом посту нас пропустили почти беспрепятственно, лишь быстро глянув на прямоугольную картонку пропуска, закрепленного за водительским стеклом. Впрочем, взгляд проверяющего все же чуть задержался на мне – и в нем мне почудилось некоторое лукавство.

Потом был еще один такой же пост – там нам пришлось слегка притормозить, чтобы часовой смог прочесть наш пропуск. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это место сильно укреплено.

Уже когда мы подъехали почти вплотную, я заметила хорошо замаскированные окопы, несколько присыпанных снегом дзотов и вкопанный в землю легкий танк.

Еще дальше, на выезде из леса, был пост, на котором красноармейцы несли службу вместе с русскими солдатами из будущего. Тут нас остановили, после чего советский командир и русский офицер проверили наши документы. Было интересно наблюдать, как отличаются и одновременно похожи эти двое. Советский – в перетянутом ремнями белом овчинном полушубке, треухой шапке из белого меха и с висящим на груди автоматом ППШ, и русский – в белой куртке с серыми камуфляжными крапинами и таком же белом шлеме, передняя часть которого украшена очками-консервами.

А одинаковыми у них были жесты – как они берут наши документы, смотрят в них, не спеша переворачивая страницы, потом с бесстрастными лицами возвращают нам и козыряют на прощание в знак того, что все в порядке и мы можем ехать.