Вторая «Зимняя Война»

Для нас же вариант, при котором мы не сможем закрепить у руля Америки нынешнюю команду мягких демократов-рузвельтовцев, будет означать, что нам в самое ближайшее время придется воевать с этой страной…

– Надо будет воевать с американцами, товарищ Сталин, – твердо сказал Василевский, – будем воевать с американцами; но сейчас нам, военным, хотелось бы определиться со стратегией. Если война дальше пойдет без писаных правил, без оглядки на союзников и без ограничений, делящих страны Европы на врагов и нейтралов, а ее целью будет достижение рубежей, максимально пригодных для обороны (то есть берега Атлантического океана) – то это одно.

А вот если целью войны будет довоенный статус-кво, с небольшими изменениями в ту или иную сторону, а в ее ходе придется учитывать, что о нас подумают в Лондоне или Вашингтоне – так это совсем другое. Не решив этого вопроса, невозможно определить стратегию ведения войны и намечать ближайшие и последующие цели. До сих пор мы просто отражали вторжение и старались нанести врагу максимальный ущерб, но при дальнейшем планировании нам необходимо знать, какова конечная цель этой войны…

После выступления Василевского встал Лаврентий Берия.

Сверкнув стеклышками пенсне, он обвел присутствующих внимательным взглядом голодного василиска.

– А мне, товарищи, – сказал он с ехидной подковырочкой, – интересно мнение наших потомков по поводу дальнейшего территориального расширения Советского Союза и добавления в его состав новых республик. Нет ли у них каких-либо особых рекомендаций и пожеланий по поводу советизации новых территорий или борьбы с врагами народа?

– Да какие там могут быть мнения, товарищ Берия… – отмахнулся Иванов от главного советского инквизитора.

 – Это же ваш мир, и вы в нем хозяева. Мы лишь помогаем вам избавиться от германского фашизма, а если будет надо, поможем и защититься от англо-американского империализма. И не более того.

– Вы знаете, товарищ Василевский, – сказал Сталин, – есть мнение, что требуется все сделать так, как советует товарищ Иванов.

Без запретов и ограничений, исходя лишь из критерия максимальной пригодности к обороне нового пограничного рубежа. А это, как известно, побережье Атлантики – возможно, включая Британские острова, а быть может, и без них. Все зависит от того, как поведет себя господин Черчилль. Советский Союз – мирное государство и не хотел этой войны, но раз уж она началась и обстоятельства сложились благоприятным образом, мы должны извлечь из них максимум пользы.