Ротмистр Диваев расплылся в мерзкой улыбке, правда, теперь мне всё в нём казалось мерзким.
– А дама желает ехать с вами? – спросил он у Алексея, потом повернулся ко мне и сказал:"
"– Распоряжения хозяина были однозначными, я привожу документы, вы получаете свою племянницу. Про сопровождающих для вас ничего сказано не было. У вас есть одна минута чтобы решить, Фаина Андреевна.
Сказав это, Диваев направился в сторону чёрной крытой повозки.
– Алексей, простите меня, – сказала я, – но я поеду с ним.
И быстро пошла за ротмистром.
Он ещё только подошёл к своей повозке и взялся за ручку двери, а я уже стояла у него за спиной. Я не знаю, зачем и что я собиралась сделать, вот только маленький дамский пистолет перекочевал из сумки в мой карман.
Только я успела переложить пистолет, ротмистр развернулся и важно произнёс, как будто кого-то копируя:
– Это правильное решение.
И уже скоро экипаж поехал по дороге.
Окно в возке было занавешено, и при моей попытке приоткрыть занавеску ротмистр Диваев предупреждающе погрозил мне пальцем.
– Куда мы едем? – спросила я.
– Фаина Андреевна, – сказал ротмистр, – в ваших же интересах этого не знать. Я вас привезу, заберёте ребёнка – и езжайте на все четыре стороны.
– Вы уверены, что меня отпустят? – спросила я.
– Конечно, Фаина Андреевна. Никто не собирается причинять вам вред. Если вы, конечно, не будете делать глупостей.
Ротмистр замолчал. Молчала и я. Но потом вдруг решила, что ещё одна попытка поговорить с ротмистром не повредит. И я спросила:
– И всё-таки, ротмистр, как вы, русский офицер, оказались втянуты в эту гнусную историю?
Лицо Диваева стало жёстким, башкирские глаза его сузились ещё больше.
– Барышня, – зло и отрывисто сказал он, – не надо лезть туда, куда вас не просят.
И я поняла, что ему стыдно. Что на самом деле он бы не хотел быть в этой ситуации. И тогда я продолжила:
– Вы мне нравились, ротмистр. И, конечно, я не ожидала, что вы способны на такие низкие поступки.
– Фаина Андреевна, – ухмыльнулся ротмистр, – я всё равно вас не отпущу сейчас.
И племянница ваша с няней её тоже будут отпущены после того, как я передам эти документы. И вы, и я – мы оба заложники своих слабостей.
– Вы игрок, ротмистр? – спросила я.
Диваев промолчал, из чего я сделала вывод, что, скорее всего, да. И подумала: «Им войны, что ли, не хватает? От безделья маются русские офицеры?»
– А Пётр Орлов? – спросила я Диваева, – Он с этим связан?
– О нет, конечно, – ответил Диваев, – Орлов слишком щепетилен для таких дел.
