— прижала я к себе девочку, утыкаясь лицом в её белокурую макушку, — как ты, Полечка?
Полинка мне показалась какой-то похудевшей, побледневшей и вообще… замучили мне ребёнка, гады!
А между тем Полинка посмотрела на меня серьёзно, будто бы и не по-детски, и вдруг сказала:
— Тепель халасо.
Я даже сначала не поняла, что она заговорила. И не просто заговорила, а целыми фразами, и почти все буквы выговорила.
— Полечка, скажи ещё раз, — спросила я.
— Холосо, — повторила Полина, улыбнувшись."
"— Радость моя... — обняла я малышку.
— Барышня, — послышался незнакомый голос со спины.
Я обернулась. Там был человек в сером.
— Вы бы сели в возок, да только на пол садитесь, — сказал он строго, — пуля шальная может долететь.
Мы быстро погрузились в крытый возок. Я сама села на пол и показала Ане и Полинке, что они тоже должны сесть так же. Но, к счастью, всё обошлось.
Когда возок остановился, я выглянула в окно, приоткрыла дверь и увидела, что карета теперь находилась за пределами усадьбы. Мужчина, который нас вывез, ушёл, а я снова повернулась к Анне и стала расспрашивать:
— Аня, Аня, расскажи мне, как вы? Что у вас? Вам ничего не сделали? — спросила я.
— Нет, Фаина Андреевна. Просто страшно сначала было, — ответила Анна, — а потом ничего. Нас кормили, мы даже гуляли днём. В комнатке сидели, только когда кто-то приезжал, тогда нас запирали, чтобы мы не выходили.
— Ну... это правильно, — сказала я, — слава Богу, что всё обошлось.
И вдруг со стороны дома донёсся громкий взрыв. Мы вышли из возка с Аней, Полинку тоже вытащили и посмотрели в ту сторону, над домом поднимался чёрный дым.
— Вовремя мы оттуда отъехали, — сказала Анна Мещерякова.
— Да, Аннушка, это правда...
И вдруг я почувствовала, что ноги меня не держат, и села прямо на траву. Обрадованная тем, что можно посидеть на земле, Полинка уселась рядом, снова посмотрела на меня серьёзно и вдруг прижалась:
— Фая, моя...
И у меня хлынули слёзы.
***
Это действительно оказался полицейский штурм здания. Как оказалось, за мной и за ротмистром Диваевым следили.
Данные у Тайной канцелярии уже были, но не было подтверждения, что похищенного ребёнка держат именно в этом доме. Но когда Диваев, совершенно не опасаясь, повёз меня из города в направлении Гатчины, то тут всё и решилось. Благодаря Клопову были подняты большие силы, около пятидесяти человек участвовало в захвате, да и Кошко организовал своих бывших коллег.
В результате всех взяли с поличным и живыми, кроме ротмистра.
