Я нарочно не стала прикрывать дверь, вышла в коридор и крикнула:
– Анфиса Васильевна, дорогая, можно вас попросить сделать нам чаю?
– Конечно, Фаина Андреевна, – ответила Анфиса Васильевна. – Сейчас всё сделаю.
Я вошла обратно в гостиную. Несмотря на то, что удивление ещё не сошло с лица Агриппины Александровны, вопросов она задавать не стала."
"Чай нам принесла Анфиса Васильевна, она вошла медленно вышагивая, и я так поняла, что ей было любопытно, что же это за госпожа Порываева такая к нам приехала. Она также медленно и даже чинно поставила пузатый чайничек и две чайные пары.
Чашки были местные, поэтому особой роскошью не отличались. Анфиса Васильевна вышла, но вскоре вернулась и принесла миску со свежими пряниками, в семье все знали мою слабость к этому лакомству.
– Прошу вас, угощайтесь, – сказала я, когда Анфиса Васильевна ушла и мы с госпожой Порываевой остались вдвоём.
Агриппина Александровна пряник есть не стала, пригубила чай, посмотрела на меня долгим взглядом и вдруг совершенно неожиданно сказала:
– Вот вы, Фаина Андреевна, деловая женщина, несмотря на то что дворянка.
И сегодня вы встречаетесь с моим сыном.
Я несколько удивилась такой постановке вопроса, но не стала переспрашивать, а продолжала молчать и ждать, что же она скажет дальше.
– А у него сегодня судьба решается, – неожиданно драматично произнесла Агриппина Александровна.
Если честно, я даже не поняла, что за судьба у Алексея Порываева решается сегодня. Сегодня же у нас финальная встреча по подготовке представления нашего шоколада для последующей презентации его в императорском дворце.
«Наверное, это она и имела в виду,» – подумала я.
А вслух сказала:
– Да, вы правы. Сегодня многое надо сделать, потому что встреча в Императорском дворце уже завтра, и у нас будет всего пять минут, чтобы представить продукт императору. От того, как всё пройдёт, многое зависит.
Агриппина Александровна тяжело, и, мне даже показалось, укоризненно вздохнула и так же укоризненно взглянула на меня.
– Фаина Андреевна, вы молоды и не всё понимаете. Алексей Сергеевич долго шёл к этому дню. Многие годы он не мог, да и не хотел этого делать. Но наконец-то наступило и время, и тот момент, когда решается его судьба.
Я всё ещё не понимала, о чём она говорит, потому что у меня в голове сидела наша встреча в императорском дворце. Снова сказала:
– Конечно. Почему же я не понимаю? Я и сама считаю, что это переломный момент, как в жизни Алексея, так и для его дела.
