Сразу после моста, тропинка шла наверх.
Пасечник, которого звали Степаном, рассказал, что место отличное, весной вода не заливает, а переносы можно делать быстро, потому как с одной стороны, поля засевают то гречихой, то рапсом, то под парами держат, а с другой лес, и мёд получается разный.
Поднявшись наверх по тропинке, мы вскоре увидели большую поляну, на которой как-то сиротливо торчали пара десятков ульев, и с дальней от нас стороны было что-то вроде сарая.
Я подумала, что вроде нормально, двадцать ульев, это же много? Но на всякий случай спросила:
— А много ли ульев украли?
— Много, — ответил Степан, — здесь было сто ульев, а осталось, сами видите, от силы треть.
«Ну народ, — подумала я, — растащили»
А Степан между тем продолжил:
— Мы же с Иваном Андреевичем все улья в омшанник* на зиму убрали, так, когда несчастье-то случилось, погода пошла, я всё-всё продолжал делать, хотя мне и не платили, но пчёлы же живые, жалко их.
(*Чаще всего это подземное или заглубленное в землю строение, где оборудуется система вентиляции, поддерживается температура не ниже -4°C)
Я обратила внимание на то, что Степан в отличие от того же Кузьмы говорит почти что по-городскому, слов почти что не коверкает.
Кузьма кивнул:
— Мёд давали пчёлкам-то, подкармливали родимых
— А потом, смотрю, — тон Степана стал возмущённый, — сперва один, улей пропал, потом пять, а потом-то я приболел, через неделю прихожу, а здесь…
И он махнул рукой, мол и так всё видно.
— А сможешь ли опознать наши ульи? — спросила я
— Конечно смогу, своими руками делал, —Степан даже оживился.
—Тогда сделаем так, — сообщила я, и пару мгновений подумав спросила— есть же в деревнях староста?
— Есть, конечно, — кивнули и Кузьма, и Степан
— Вызывайте ко мне, — я не знала имею ли право на это, но полагала, что раз земли, на которой стоят деревни, принадлежит Стрешневым, наверное, да.
Не хватало мне знания какие финансовые отношения у меня с крестьянами, не могут же они просто так пользоваться принадлежащей мне землёй.
Уже уходили, я у Степана спросила:
— А раньше, когда брат был жив, ульи пропадали?
— Нет, госпожа, — Степан отрицательно помотал головой, — брат ваш только первый год, когда урожай собирали с ульев, тогда только нанимал двух охранников из города, а в остальное время нет."
"А я подумала, что непросто так брат Фаины нанимал охранников из города.
