Вторая

Он осёкся на полуслове и недоуменно перевёл взгляд на побелевшее от стальной хватки предплечье.

— Миша. Хватит. У нас была возможность всё обсудить спокойно, но ты не захотел. Ты накинулся на меня, словно какой-то зверь, пытаясь намеренно унизить и подавить своей силой и мощью. Ты не хочешь меня слышать, потому что тебе некогда. Ты даже серьёзно к моим словам относиться не хочешь, потому что это тебе не нравится. Так чего ты от меня ждёшь? Что я сейчас стану тебя слушать?

— С чего ты завелась-то вообще?! Я хочу, чтобы ты одумалась.

— Да. Только мне надоело отдыхать одной. И надоело полностью отдавать всю себя, взамен получая лишь половину тебя, — стараюсь не стушеваться от озвученного собственного вранья и не отвести взгляда. Потому что полностью всю себя я, наверное, никогда этому мужчине и не отдавала.

Украдкой взглянула на часы и поняла, что всё равно сегодня уже никуда не поеду.

В сумке зазвонил мой телефон — я даже не успела вытащить его.

— Мне с работы звонят. Подвинься, пожалуйста, я должна ответить.

Телефон настойчиво продолжает разрываться.

Боязливо, как нашкодившая девчушка, достаю агрегат и быстро скидываю входящий вызов. Аристарх должен заехать за мной уже минут через сорок.

Украдкой, очень торопясь, набираю ему сообщение:

Я : Сегодня не смогу. Выбирай любой другой день.

Ответ приходит мгновенно.

Аристарх : По какой причине?

Я : Прости, пожалуйста. Не могу говорить.

Он очень проницательный. Он должен понять. И должен знать, что если я сказала « в любой другой день на его выбор », значит, так оно и будет. Но сейчас я не могу сталкивать мужчин лбами, пострадает в первую очередь Аристарх.

Настроение безвозвратно испорчено, на душе снова скребут кошки.

Ставлю телефон на беззвучный режим и вовремя убираю обратно в сумку.

Буквально через секунду снова чувствую на своих плечах сильные мужские руки, которые когда-то дарили мне неописуемое наслаждение и тепло.

— Саш, ну прости ты меня за вчерашнее... я разозлился так, что не смог себя контролировать. Но я не могу уйти. Ты часть меня. Ты этого не понимаешь, а я не могу объяснить. Я не смогу тебя с кем-то делить и не смогу уйти сам, — его руки уже переместились на талию, а мужчина крепко ко мне прижался, согревая раскалённым дыханием затылок. — Да, моя жизнь поделена на две части. Но ведь это мои проблемы. И эти сложности никогда тебя не касались.